Баллов заоблачно нужно, — закатывает глаза к потолку, подтверждая свои слова.

— Увлекаешься мотогонками? — губы сами собой растягиваются в улыбке, как только я представляю его на огромной спортивной махине с рычащим мотором. В специальном обмундировании. И ещё почему-то в перчатках. Чёрных. Кожаных.

Ловлю спокойный ответ:

— Раньше увлекался.

«А теперь остыл», — осталось висеть в воздухе.

Так странно слышать, что его интерес может угаснуть. Кажется, что выбор этого мужчины непоколебим. Фундаментален. Всегда. И никто не может на него повлиять.

И вновь тяжёлое молчание поглощает атмосферу комнаты. И никто не решается разорвать зрительный контакт. Странная пауза затягивается, усиливая эффект.

Йохан тихо прочищает горло и первым нарушает почти осязаемое безмолвие:

— Я должен ехать, — размеренно указывает на дверь ладонью.

Внутри неконтролируемо поднимается сопротивление. Но я молчу и лишь пожимаю плечами в ответ.

— Рад встрече.

Как только за мужчиной закрывается дверь, я сажусь на кровать, не в состоянии подавить нагнетаемую тяжесть в душе. Чувствую себя эмоционально вымотанной.

А в голове гулко звучит отголосок фразы: «Приезжай с ребятами».

Ну нет. Мне точно делать нечего на празднике. Абсолютно! Но, вопреки здравому смыслу, я по памяти быстро перебираю весь свой скромный гардероб в поисках подходящего наряда.

«Приезжай с ребятами…»

И даже мысленно вытаскиваю подходящее платье, не в силах сейчас себе признаться, что решение принято: я пойду…

* * *Вот это скромное мероприятие?! Вот это?! СКРОМНОЕ?!

Возмущение не помещается в голове.

Сколько здесь гостей?

— Мог бы и предупредить по-дружески, — чеканю сквозь натянутую улыбку ухмыляющемуся Итану. — И ты тоже, — зыркаю на Лиду.

— Я сама не знала… Итан, — возмущается Лида, — ты почему не предупредил, что будет столько народу?"

"— А с Ларсенами разве угадаешь? Я ж не знал сам-то! — оправдывается в сердцах. — Да тут не так много, просто все с семьями. Я видел ещё трёх его партнёров. Закадычных друзей. Все, как мой отец, со взрослыми детьми. Ещё двое младших братьев вон стоят болтают.

Отовсюду незнакомая речь. Прекрасно.

— Ты говорил, что это будет просто семейный ужин, — допытывается Лида. — А тут столпотворение мирового масштаба.

— Потому что никто не решился отказать, Нох обидчивый и злопамятный. А семья для него — это довольно широкое понятие.

— Хм, — бросаю задумчиво, — а мне кажется, если кто-то не приедет, твой Нох даже не заметит.

— Это ты просто его плохо знаешь. Но ничего, познакомишься, — этот негодяй ангельски хлопает длиннючими ресницами.

— Пойдёмте немного осмотримся и выразим почтение имениннику.

Дом у Ларсена-старшего огромный. Всего два этажа, но территория большая.