День был долгим: жара, выпивка и танцы, – и теперь его прическа выглядит не так аккуратно, как утром.

Я до смерти хочу запустить пальцы в его шевелюру.

Но вместо этого, чтобы сдержаться, я прикладываю ладони ко рту: губы все еще покалывает от его поцелуя.

Гарри усмехается – неуверенно и как-то криво. Он снова краснеет.

– Это была плохая идея, да? Вот черт. Мне очень жаль, Софи, я не хотел…

– Нет! Нет, все в порядке… Я не… В смысле… – Я оглядываюсь и смотрю в сторону зала, где продолжается прием. Там мигают огни – розовые, зеленые, голубые и белые.

Свет заливает весь отель, и, поскольку кто-то оставил дверь в зал приоткрытой, музыка льется наружу, а с ней доносятся голоса и смех.

– Мне надо… Мне, наверное, надо вернуться, пока меня не хватились.

– Конечно. Да, конечно.

– Но… Думаю, никто не будет возражать, если я сбегу с вечеринки через полчасика.

Нерешительность куда-то девается с лица Гарри, и я понимаю: он сначала подумал, будто я даю ему от ворот поворот и считаю наш поцелуй ошибкой, – а я как раз хочу продолжения. И, судя по его улыбке и по тому, как он смотрит на мои губы, он и сам не прочь продолжить начатое.

Следующие полчаса стали самыми долгими в моей жизни.

А последовавшие за ними два часа – самыми приятными.

Около трех утра я, бездыханная и размякшая, плюхаюсь на постель возле Гарри. Одну руку я закидываю за голову, а вторую кладу на живот, а Гарри встает с кровати, чтобы выбросить презерватив. Он возвращается – мокрые волосы торчат во все стороны – и ложится со мной рядом на скомканные простыни. Прежде чем лечь окончательно, он прокладывает поцелуями тропку от моих бедер до ключиц и обнимает меня.

– Я тут подумал… – начинает он, но я останавливаю его смехом:

– О нет, неужели сейчас ты признаешься мне в любви до гроба?

– Нет, но это ничуть не хуже. Помнишь, как мы договаривались об одноразовом свидании?

– Оно и есть одноразовое. Я имею в виду… В смысле, это было… – Я слегка отстраняюсь и приподнимаюсь на локте. – Просто… я сейчас вроде как в отношениях. Все сложно. Помнишь, тот парень, который должен был пойти сегодня со мной? Джейксон…

Меня никогда не интересовали отношения на стороне.

Если кто-то назначает мне свидание, я больше ни с кем не встречаюсь, кроме него. А если у нас ничего не выходит, тогда я перехожу к следующему кандидату.

Меня хватает только на один облом за раз.

Как странно произносить имя Джейксона, когда я лежу в постели с Гарри.

А Гарри закатывает глаза:

– Это который «Спокойной ночи, красавица», который тебя почти игнорит?

– Мне интереснее встречаться с ним, чем с тобой, – подкалываю я его в ответ.