– Леопольд, подлый трус, выходи! – заорал Степаныч

Я вышел. Адмирал, кряхтя, переобувался, а яркая красавица в стиле Кармен ослепительно улыбалась, стоя у фото на стене.

– Теперь, наконец, узнали, или мне перекраситься?

– Лучше передний зубик удалите, – буркнул я, краснея. Давненько я так не прокалывался.

Она расхохоталась, откинув назад голову.

– Дашка, перестань издеваться над человеком, тебя бы на его место, – пристыдил чадо Терехин. – Не обращай внимания, Стас, и вообще, пошли ужинать.

– Фигушки, сегодня меня Станислав Александрович в ресторан пригласили, – на голубом глазу соврало мстительное дитя.

– Так ведь время... – проблеял я.

– Ничего не желаю знать, попьем здесь чаю и едем.

– Значит, так на так и выходит, – адмирал допил давно остывший чай и отставил чашку в сторону. – Я к нему Дашку внедрил, а он, сука такая, моего Константиныча подвербовал.

– Не так все просто, папка, – возразила Даша, гася окурок в пепельнице. – Этот твой Толмачев – еще тот фрукт.

– Не могу не согласиться – браво, девушка, внешность мамина, мозги явно папины.

– Помните, Андрей Степанович, историю с «болваном»?

– Да, а что?

А то. Помнится, в начале восьмидесятых наших разведчиков здорово прижали в одной из стран Центральной Европы. Местные «контрики» действовали против них настолько плотно и такими большими силами, что работа наших оказалась почти полностью парализованной. Ну как, скажите, встретиться с агентом, отработать тайниковую операцию или просто слегка пошпионить, если за тобой постоянно ходят, ездят и разве что не летают! Да еще подглядывают, подслушивают и всячески действуют на нервы.

Зашедший в кинотеатр, на стадион, еще куда, даже заглянувший в местный бар хряпнуть тайком от супруги спиртного несчастный советский разведчик немедленно оказывался под наблюдением местных спецов. Не удивлюсь, если даже в сортире из унитаза за ним следили их усталые, но бдительные глаза...

Тогда в страну прибыл «болван», обычный полковник из политуправления ГРУ, направленный, по официальной версии, «для ознакомления с вероятным театром военных действий», донельзя напуганный возможной слежкой, с задачей просто поездить по столице и оглядеться.

И, конечно же, представить подробный отчет по возвращении."

"Когда этот персонаж в колом сидящем на его исконно военной фигуре гражданском костюме, черных очках на носу в дождь («а для конспирации...») или поднятом воротнике плаща в солнечный день и надвинутой на нос шляпе производства братской ГДР начала шестидесятых («чтобы в глаза не бросаться») появился на улицах города...