— И хорошеете так же стремительно, смею заметить, — иронично продолжил Стац. — Особенно с этой… точки зрения.

— Может, прекратите издеваться и поможете? — холодно уточнила я.

— Зачем? — деланно удивился тот. — Меня всё устраивает. Вы не пытаетесь ни сбежать, ни обмануть меня, а я, наконец, смогу сделать это. За то, что снова попытались от меня ускользнуть… Вот!

Ощутив хлопок по мягкому месту, я на миг потеряла дар речи. Но, к счастью, немота прошла очень быстро, должно быть от возмущения, и я воскликнула:

— Что вы себе позволяете?

— А вы? — резко отозвался он. — Зачем помогаете преступнику.

Отпираться бесполезно, должно быть, Стац нас видел.

— Потому что Шуур не преступник, — ледяным тоном заявила я.

— Это не вам судить.

— И не вам! — запальчиво выкрикнула я.

— До каких пор вы будете защищать этого человека?

— Пока не перестанете относиться к нему с предубеждением.

— Я смотрю лишь на факты.

— И как вам? — Я саркастично фыркнула, представляя то, что открывалось сейчас его глазам. — Что вы видите? Я спрашиваю про себя.

— Миледи, — Стац тут же сменил тон, и в его вкрадчивом голосе проявились хриплые нотки. — Я вижу очаровательную леди с одной из прекрасных сторон…

— Вы видите филей в заборе! — жёстко оборвала его. — Остальное вы домыслили.

Наступила тишина. Через несколько томительных минут Стац неохотно признал:

— Возможно, вы правы.

Глава 45

Стац всё же помог мне выбраться, а затем отвёл к дому и проводил в правое крыло здания, открыв ключом дверь в тихое полупустое помещение."

"— Леди Кает была очень любезна и, услышав, что вам не по себе в присутствии мачехи, предложила отдохнуть в фортепианной комнате, — пояснил генерал в ответ на мой настороженный взгляд. — Как видите, здесь нет ничего пугающего, кроме этого инструмента. Надеюсь, вы не желаете музицировать?

— Желаю, — мстительно разбила его надежды. — И, кстати, совершенно не умею этого делать, так что готовьтесь к расплате.

— Всё ещё злитесь? — хитро прищурился он.

— А вы думали, что я вас так легко прощу? — изумилась я.

— Признаться, да, — он скользнул ко мне взглядом и, опираясь о стену, наклонился, шепнув на ухо: — Но если я ошибся, то позволю вам испортить этот вечер ужасной музыкой. Так что? Вам моё вопиюще непристойное поведение скорее понравилось или нет?

Глянув на него исподлобья, рыкнула:

— Отвернитесь.

— Зачем?

Когда я выгнула бровь, генерал развернулся на каблуках, а я, размахнувшись, отвесила ему шлепок такой силы, на какую только была способна. И, судя по тому, как Стац вытянулся в струнку, всё же пару болевых точек я задела. Плюс ещё одну, в голове, поскольку генералу Карающего меча и в страшном сне не могло привидеться, как его шлёпнет женщина.

— Вы же не злитесь? — елейным голоском поинтересовалась я.