Чуйка сработала? Интуиция? — опасливо оглядываясь, прошипела: — Какая тебе разница? Ведь я на твоей стороне!

— Правда?

Я даже вздрогнула, поскольку его голос прозвучал очень жалко. Даже вдруг захотелось обнять Шуура, но я лишь похлопала его по плечу и сурово спросила:

— Почему ты явился в мою усадьбу? Правду говори.

— Чтобы поймать того, кто меня подставил, — признался он. — Учуял след его магии в вашем доме, поэтому поджидал в надежде, что он вернётся и отплатит за всё. Вам же не хотел причинять вреда. Клянусь!

Так Шуур пострадал из-за предательства? То-то у меня столько сочувствия к этому человеку, ведь меня тоже предали. Сурово сдвинула брови и уточнила:

— Ты же не обманешь моё доверие?

— Миледи, — всхлипнул он и упал на колени. — Я буду служить вам верой и правдой, только помогите, умоляю!

— А что я, по-твоему, делаю? — прошипела, пытаясь поднять его. — Бежим по той дорожке к живой ограде. Недавно я заметила в ней просвет. Кстати, почему ты оказался в бальном зале? Думала, у тебя хватит ума спрятаться среди слуг.

— Простите, миледи, — на бегу сообщил он. — Я последовал за одной особой и случайно стал свидетелем разговора о вашем браке…

— Что⁈ — Запнувшись, я не удержалась и, закрывшись руками, полетела вперёд.

С размаху врезалась во что-то упругое и застыла. Опустив руки, обнаружила себя в той самой дыре ограды, через которую планировала сбежать. Каким-то чудом оказалась снаружи верхней частью тела, нижней оставшись на территории губернаторского сада, застряв ровно на уровне талии.

— Да чтоб у меня рассада повяла! — выругалась и попыталась пролезть вперёд. Не получилось. — Только этого не хватало…

Болтая ногами и двигая попой, постаралась протиснуться обратно, но не сдвинулась ни на сантиметр. Отчаявшись выбраться, простонала:

— Что делать? Шурр! Шуур, спасай! Тяни меня за ноги!

— Но миледи, — услышала его полный паники голос, — это неприлично.

— А торчать в заборе прилично? — разозлилась я. — Не тяни… То есть, тяни давай!

— Так тянуть или не тянуть? — растерялся он.

— Время не тяни, — простонала в отчаянии. — А меня тяни. Ясно теперь?

— Простите, миледи, — его голос понизился до шёпота. — Сюда идут. Я оставлю вас.

— Нет! — похолодела я, представив, как выгляжу с той стороны. — Стой! Стой, сказала! Шуур! Вот же…

Должно быть, зря доверилась интуиции. Если она у меня сбоит, то по-крупному. С лицемером мужем не помогла же? Процедила с обидой:

— И на кой я вмешалась? Правильно говорят, за любое доброе дело приходится платить!

— Вы умнеете на глазах, миледи, — раздался насмешливый голос.

Я забыла, как дышать. О, нет! Только не он. Мечтая увидеться с генералом, я даже в страшном сне не представляла себя в подобной позиции.