Это я пыталась давать ему советы, а он от них отмахивался.

Он все время от меня отмахивается, как от назойливой мухи…

Та-а-ак…

Я для него — мелкая назойливая приставучая муха, которую он терпит лишь оттого, что вынужден жить со мной в соседних комнатах? И потому, что я настырная и не необидчивая?

Вот это новость…

Нет, я все же в шоке.

Я полночи мерила шагами спальню, размышляя о наших непростых, как оказалось, отношениях с Марко. И отчего-то стала злиться. Сильно злиться. Причем не на него, а на себя.

Как я вообще дошла до такого? С чего вдруг впустила его в свой ближний круг?

Ладно… Как впустила, так и выпущу.

Что бы он обо мне ни думал, но я не глупенькая дурочка. Излишне импульсивная и открытая — это да, соглашусь, но не дурочка. Когда нужно, я умею останавливаться и соблюдать границы в отношениях.

С Марко я эти границы переступила. Не он, а я. И я же это исправлю. Сделаю Блондинчику подарок на Новый год: оставлю его в покое и отцеплюсь от него со своим чрезмерным вниманием и ненужной активностью.

Я же добрая девушка. Отзывчивая, милосердная, незлопамятная и умная. Да-да, и не стоит думать иначе.

Я умничка. Пусть вздохнет с облегчением мой белобрысый сосед и живет собственной жизнью.

Радуйся, Марко, с этой минуты я от тебя отстала.

Приняв это решение, я сразу же успокоилась. Полакомилась немного сладостями и легла спать.

Поутру я выходила из спальни снова полностью довольная жизнью и собой.

— О, ты уже встал? — увидела я сидящего на диване Марко с книгой в руках.

При виде меня он отложил книгу и, кажется, хотел что-то сказать. Но я его опередила:

— Слушай, насчет вчерашнего. Я тут поразмыслила и поняла, что была неправа.

Плохой идеей было предложить тебе фиктивную помолвку. Так что забудь, ладно? Я глупость придумала. Сама не знаю, с чего вдруг мне это в голову пришло? Виновата моя импульсивность.

— Элисса… — попытался он снова заговорить, но я вновь не дала ему этого сделать.

Вот еще, наговорит опять каких-нибудь гадостей. А оно мне надо? Не надо!"

"— Я в библиотеку схожу. Мне нужно сдать книги, я брала их почитать во время каникул, — продемонстрировала я три томика, которые держала в руках. — Ты меня не жди, иди завтракай. А я как освобожусь, подойду в столовую.

Радостно улыбнувшись (ай да я, какая я миролюбивая), я кивнула ему и вышла из комнаты раньше, чем он успел хоть что-то сказать.

В библиотеке я намеренно задержалась чуть дольше, чем требовалось, и в столовую спустилась, когда там уже почти никого не осталось. Вечно голодные студенты обычно стекались к кормушке, как только начиналось время, отведенное на трапезы. Редко кто опаздывал и являлся лишь в последние минуты.

А к обеду приехали все остальные члены нашей компании.