— Мы ведь с вами в патовой ситуации. Вы не можете настучать на меня, а я не могу настучать на вас. Проблему может решить только компромисс.

— Компромиссов не будет, — произнёс я, а затем выпустил из себя остатки лекарской магии и окружили ими сердце главного дознавателя.

— Вы… Вы что сделали? — Биркин напрягся, принялся ощупывать свой торс. «Анализом» он владел, но осознать, что я только что провернул, он не мог."

"Мне пришлось потратить остатки запасов маны, чтобы создать для Биркина ловушку. На тканевом уровне. Если честно, я и сам удивился, как легко мне это далось. Ещё час назад я бы точно не смог провернуть нечто подобное.

Разницы между первой и второй ступенью лекарского развития колоссальна! Теперь я чётко вижу, что даже с дефицитом маны я уже в десятки раз сильнее, чем был в начале этого дня.

Что же будет, если подняться ещё выше? Оставить позади «гистологический анализ» и перейти к следующему.

Клеточный, молекулярный… Какая мощь скрывается за ними? У меня аж мурашки на коже выступили от предвкушения. Но для начала стоит разобраться с Биркиным. Он должен понять, в какую ловушку я его загнал.

— Как только я покину палаты, моя магия начнёт действовать в автономном режиме, — произнёс я. — Ваше сердце, Аристарх Иванович, окутано несколькими слоями моего колдовства.

— Вы блефуете! — запаниковал Биркин. — Я его не чувствую!

— Как думаете, почему? — спросил я, хоть и не ожидал, что Аристарх даст мне ответ на этот вопрос.

Биркин владеет первой ступенью лекарской магии и не видит, что происходит на тканевом уровне. А там…

— В вашем миокарде сплелась сеть из моих магических волокон, — предупредил его я. — Теперь, если вы попытаетесь со мной сблизиться, они активируются и вызовут сильнейшую аритмию.

— Павел Андреевич, да вы совсем с ума сошли! — выпучил глаза Биркин. — А если мы случайно встретимся на улице? Или случится что-то и вас вызовут ко мне. Что мне теперь делать? Всё время жить в страхе, что ваша магия меня прикончит?

— Если меня официально вызовут к вам, я возьму колдовство под свой контроль, — объяснил я. — Но если вы окажетесь рядом со мной хотя бы в радиусе десяти метров — моя сила подействует. Поэтому даже не думайте больше без веских причин встречаться со мной. Иначе ваш миокард может этого и не выдержать.

— Господин Булгаков, вы меня пугаете, — Биркин улыбнулся. Создавалось впечатление, что ему в целом нравится чувство страха. — Вы нарушаете принцип «не навреди». Если предположить, что завтра утром я решу подойти к вам, чтобы позвать вас на чай… Я ведь, вероятнее всего, умру?

— А вы больше не мой пациент. Значит, принцип «не навреди», вас не касается, — холодно ответил я. — Поэтому крайне не рекомендую приближаться ко мне без очень веских причин.