— Вот почему графиня, которая в прошлом не отличалась ничем примечательным, вдруг стала столь… удивительна! — прошептал он наконец и… улыбнулся. — Я знал!

Я смотрела Ксандеру в лицо и видела, что он действительно рад. Рад открывшейся тайне.

— Значит… ты не считаешь меня монстром? — уточнила осторожно.

— Нет, что ты! — восторженно прошептал Ксандер. — А ты расскажешь мне о своем мире? Какой он? А там женины все такие, как ты?

Я рассмеялась.

— Не совсем. Там я тоже была особенной. Служила в полиции. Полиция — это как у вас гвардейцы и сыск.

Ксандер был изумлен.

— Но разве женщины могут осилить подобную службу???

— Ну я же осилила… — мне становилось всё радостнее и легче. — Думаешь, откуда у меня навыки?

— Поразительно! — выдохнул Ксандер восхищённо, а потом… резко меня поцеловал. Я отстранилась и заглянула ему в глаза.

— Значит… принимаешь мой секрет? — прошептала с улыбкой.

— Принимаю с восторгом, — ответил парень также тихо.

— А на костре меня за это не сожжёшь? — уточнила насмешливо.

— Нет, лучше яза этона тебе женюсь!

И снова меня поцеловал.

Поцелуй оказался жадным и горячим — совсем не таким, как предыдущий. Кажется, восторг Ксандера привел его к чрезмерной горячности. Мне пришлось остановить его, когда поцелуи посыпались уже на шею.

— Ты же говорил, что… важно соблюдать этические нормы и законы… — проговорила я, тяжело дыша.

Ксандер отстранился. Его глаза горели. Было заметно, что он сильно перевозбужден.

— Прости, — прошептал он виновато. — Просто ты слишком красивая… Я лучше пойду. Не хочу… ничего нарушать.

— Но ведь… ждать еще целый год, — напомнила я.

— Ничего, — улыбнулся парень, уже взяв себя в руки. — потренирую такие добродетели, как смирение и терпение…

* * *Утро в деревне выдалось шумным и напряжённым. Жители собрались в центре деревни, и толпа с каждым моментом росла. Женщины с детьми, старики, мужчины — все стояли полукругом и наблюдали, как молодёжь торопливо расчищает площадку от пыли и камней, готовя её для предстоящего поединка. Короткие команды перекрывались стуком железных орудий и голосами тех, кто обсуждал происходящее с волнением и опаской. В воздухе напряжением звенело ожидание.

С самого утра я надела мужской костюм, ведь в платье сильно не повоюешь."

"Ксандер вышел из дома вместе со мной. Его лицо было хмурым, словно над ним нависла туча. Я знала, что ему не нравится моя затея участвовать в этом поединке, но для меня это было делом чести и утверждением собственного авторитета. Он остановился рядом и, поколебавшись, бросил быстрый взгляд на толпу, затем повернулся ко мне, намереваясь что-то сказать, но я опередила его.

— Не волнуйся, — улыбнулась ему и положила ладонь на его грудь, чувствуя, как под ней учащенно бьется сердце.