В Москву мы конечно тоже телеграфировали о происшествии, но уже более развернуто. На два дня наступило затишье. Которое прервалось двумя событиями.

Сначала Валерий Сергеевич сказал, что квартира, у которой взяли стрелка, была съемной и никаких улик там не нашлось. Что по его словам уже само по себе «почерк».

— Такие очень любит резидентура разных разведок, да и мы пользуемся подобным приемом для наших агентов из Коминтерна. Вон, Аркадий Палыч не даст соврать, — кивнул он на члена нашей делегации от Коминтерна.

Тот лишь согласно кивнул.

— Значит, кто-то из иностранцев отчаянно хочет сорвать переговоры или и вовсе устроить между Польшей и СССР горячий конфликт, — сделал я вывод.

— Это самый очевидный вариант, — согласился Аронов.

— Но кто именно, понять невозможно. Желающих — масса, а вот кто решился отдать приказ…

— Зная, куда смотреть, мы найдем заказчика, — заверил меня НКВДшник.

Это было первое, даже не событие, а так — новость, проливающая некий свет на причины стрельбы. А вот вторым событием оказался внезапный отъезд посла Великобритании, и тут же следом — смерть задержанного убийцы от пыток. Церемониться с ним польская полиция не собиралась.

Раскрыть такое громкое преступление, о котором судачили уже по всему миру, было для них делом чести. От нас присутствовал лишь наблюдатель. Кто бы что ни говорил, а под пытками расколоться может любой. Вот и стрелок рассказал все, что знал. Сдал еще две квартиры, а также пароль, по которому с ним велась связь. Сам он был поляком, и на какую конкретно разведку работал, не знал, а лишь предполагал. Заказ к нему поступил от иностранца. Все квартиры были оборудованы телефонной связью. Поступил звонок и после озвучивания пароля незнакомый голос с британским акцентом приказал ему убить главу советской делегации. Сделать это нужно было в толпе, собравшейся перед президентским дворцом. «Объект» по словам незнакомца точно будет там, но действовать нужно срочно.

Подвела стрелка как раз толпа и мой резкий уход в сторону с линии огня. Доставать пистолет среди толчеи стрелок опасался до самого последнего момента. Уж слишком много было полиции. Он собирался быстро его вытащить, совершить выстрел, после чего бросить и в затеряться в начавшейся суматохе.

Вот только в толпе люди толкались, прицелиться было сложно, пришлось подходить как можно ближе. Когда я вылез на трибуну, убийца даже обрадовался — целиться стало проще. Достаточно выхватить пистолет, навести его на меня и нажать на спуск. Действовал тот быстро, полностью сосредоточившись на задаче, но когда выхватывал пистолет, его толкнули, и он не смог навестись сразу. А тут и я его заметил, что он тоже понял. Дальше — или стрелять, или бежать. Убийца решил рискнуть, но пока целился, я уже делал шаг в сторону.