Никита, который теперь знал всю правду о нем, пообещал рассказать и остальным, но сейчас надо было уходить из заброшенного павильона.

Никита приблизился к поверженному монстру, подобрал с пола окровавленную цепь со змеиным медальоном и крепко сжал ее в кулаке.

– Пока я в машине сидел, мне Настя Михайлова позвонила, – сообщил Артем. – Я ей обо всем рассказал…

– Зачем? – удивился Легостаев, сооружая из его куртки нечто вроде набедренной повязки. – Теперь она начнет волноваться, дергаться!

– Не начнет! – заверил его Бирюков. – Завтра утром она возвращается в Санкт-Эринбург, так что на этот раз расскажешь ей все сам, вживую.

А вот это уже было хорошей новостью.

Впервые за весь кошмарный вечер Никита чуть заметно улыбнулся.

Глава 24

Большие перемены

Утром следующего дня Аркадий Кривоносов устроил большую пресс-конференцию в роскошном особняке, который в ближайшем будущем должен был стать его собственностью. Журналистам и блогерам объявили, что ныне покойный владелец дома Алексей Корнилов избрал Аркадия своим единственным наследником и оставил ему не только особняк, но и весь свой бизнес и все свое имущество.

– Все активы его компании станут частью моей фирмы «Сефира», – сообщил Аркадий, сидя за письменным столом в кабинете Корнилова. – В связи с этим мы планируем расширение бизнеса и уже начали подыскивать себе подходящее здание в Санкт-Эринбурге для создания штаб-квартиры компании. Да, мы скорбим в связи с безвременной кончиной господина Корнилова, но жизнь продолжается. Скоро всех нас ждут большие перемены – надеюсь, перемены к лучшему.

В пресс-конференции также принимали участие адвокат Юрий Александрович Добровольский и Леона Темникова, вошедшие в правление расширяющейся фирмы. Они сидели по обе стороны от Кривоносова.

– Повезло, – ухмыльнулась журналистка из газеты «Полуночный экспресс» Ирина Клепцова, сидевшая среди других репортеров. – И что, просто так взял и все вам оставил?

Аркадий смерил ее недовольным взглядом. Он отлично знал это наглую толстушку, ведь они учились в одном классе. Еще в школе она порядком действовала ему на нервы.

– У Корнилова не было других наследников, – сухо пояснил он. – А наши семьи дружили, он знал меня с детства.

– И не смог выбрать более достойной кандидатуры, – вставил адвокат Добровольский. – Алексей любил Аркадия, как родного сына.

– И что дальше? – с ехидцей спросила Ирина. – Не планируете ли вы возродить семейную фирму? Продолжить дело своего отца?

При всех она была обязана обращаться к Аркадию уважительно, хотя ее так и подмывало сказать ему какую-нибудь гадость. Ирина со школы его терпеть не могла, впрочем, как и почти все в классе.