Затем начался поединок… Жанна была отчетливо видна, но ее соперник… По залу металась какая-то неясная тень, белое светящееся пятно, иногда напоминающее силуэт человека. Они сражались яростно, круша все вокруг, хватая все, что подвернется под руку.

– Я в шоке… – медленно проговорил Игорь, не сводя глаз с экрана. – Что это?

– Хотел бы я знать, – буркнул Легостаев.

Светящийся призрак нанес смертельный удар, и Жанна рухнула на колени. Он приблизился к ней вплотную, обхватил ее виски руками и что-то сказал. Жанна в ответ рассмеялась, потом переменилась в лице и упала. Призрак исчез, а затем произошло нечто такое, отчего у всех присутствующих глаза полезли на лоб.

– Можно увеличить изображение? – внезапно осипшим голосом попросила Татьяна.

Охранник пробежался пальцами по клавиатуре, и картинка стала в несколько раз больше, хотя качество ухудшилось. Все четверо прильнули к ближайшему экрану, и охранник отмотал запись назад.

Тело Жанны, лежавшее несколько минут без движения, вдруг задергалось в конвульсиях, потом начало биться о мраморный пол. Изображение стало мутным, словно все вокруг окуталось черной дымкой, а когда туман рассеялся, они увидели вместо молодой женщины ту самую иссохшую мумию, которая лежала сейчас в зале.

– Что за чертовщина? – пробормотал охранник.

– Кислота, – с уверенностью ответил Никита.

Татьяна вопросительно на него взглянула. Легостаев чуть заметно подмигнул, и она понимающе кивнула, принимая правила игры.

– Скорее всего, – подтвердила она. – Убийца облил тело кислотой.

– А почему его не было видно на записи? – не унимался охранник.

– Костюм, – произнес Игорь. – Специальный светящийся костюм. Лучше расскажите, где вы сами находились в это время?

– Здесь, в комнате, – смутился охранник.

– И что, ничего не видели и не слышали?

– Я же говорю, чертовщина какая-то, – развел руками секьюрити. – Мы с напарником кофе попили, и вдруг такая усталость навалилась, глаза сами собой закрываться начали. Он уснул в кресле, а я – прямо здесь, возле мониторов, вырубился."

"– Что за кофе? – спросила Татьяна.

– Да самый обычный. Недорогой, растворимый. Я всегда на работу в термосе приношу. Олег Борисович его как раз сейчас пьет.

Все обернулись к директору музея, сидящему в кресле охранника. Старик спал, откинув голову назад и тихонько похрапывая. Пластиковый стаканчик, из которого он пил, валялся неподалеку.

Никита шагнул к нему и быстро схватил термос. Встряхнул его – внутри плеснули остатки кофе.

– Термос и стакан нужно отправить на экспертизу, – сказал Легостаев Татьяне.

– Снотворное? – спросила девушка.

– Скорее всего.

Охранник усмехнулся.

– И как вы это объясните? – спросил он. – Мы ведь из комнаты даже не выходили.