Золотой медальон в виде переплетенных змей поблескивал на мускулистой груди. Татьяна заметила, что его ноги покрыты засохшей грязью, словно он недавно гулял по улице босиком.

– Ой, – тихо произнес Никита. – Вы как здесь очутились? А главное… как здесь очутился я?

Этими словами он совершенно сбил их с толку.

– Ты о чем? – удивленно спросила Татьяна. – Сейчас девять утра. Мы заехали, чтобы захватить тебя на работу…

– Девять утра?! – Никита бессильно уронил руки, затем медленно выпрямился. – Но как? Я ведь только лег…

– Прилег на полу в коридоре? – живо уточнил Антон.

 – На коврике у входной двери. А кошачий лоток ты себе уже приготовил?

Татьяна шутки не оценила, как, впрочем, и Никита.

– У тебя что, кровать сломалась? – поинтересовалась Пожарская.

– Я точно лег на свою кровать, – растерянно произнес Никита. – Будто всего пару минут назад… А очнулся здесь… и утром.

– Ты что, вообще ничего не помнишь? – заволновалась Татьяна, глядя в его растерянное лицо.

Никита тряхнул длинной челкой.

– Вообще ничего, – признался он. – Так странно… У меня будто несколько часов жизни стерлось из памяти.

Совсем как тогда…

– Когда ты свалился с моста? – Антон тут же понял, о чем он говорит.

– Именно. Но уже столько времени прошло… Неужели у меня опять начались какие-то провалы в памяти?

– Ты давай не пугай нас, – попросила Татьяна. – Только этого не хватало.

Никита постоял еще какое-то время, будто собираясь с мыслями. Затем снова встряхнулся.

– Ладно, надо привести себя в порядок… Кофе хотите?

– Мы в офисе собирались попить, – сообщил Антон. – А что с твоими ногами? Ты где шлялся?

– Что? – Никита опустил глаза на свои ступни.

 – Черт! Это еще откуда взялось?

– Ночью прошел небольшой дождь, – вспомнила Татьяна. – Земля на газонах еще слегка влажная. Ты выходил на улицу?

– Если и выходил, то совершенно этого не помню, – с вытянутым лицом признался Легостаев. – Как такое возможно вообще?

– Лунатизм? – предположил Антон. – Вышел ночью голышом на улицу, погулял, затем под утро вернулся домой и отрубился в прихожей. Кстати, ты даже дверь не удосужился за собой запереть.

– Только этого мне и недоставало для полного счастья, – схватился за голову Никита.

 – И что теперь, пристегивать себя перед сном на цепочку к ножке кровати?

– Интересно было бы на это посмотреть, – хмыкнул Василевский.

– Может, это опять твой… Илларион? – предположила Татьяна, смущенно кашлянув. – В последнее время он не стал… сильнее?

– В последнее время он, наоборот, как-то присмирел, что даже немного странно, – сообщил Никита. – Раньше был куда активнее, а теперь будто днем в спячку впадает и просыпается лишь после захода солнца. Это на него не похоже… Вы это… – Он замялся.