— А то что? Тебе не с кем будет оставить ребенка, чтобы сходить ему за едой? А! Дайте-ка подумать! Или я побуду с малышкой, пока ты не принесешь ей смесь и памперсы, или, если я не выдержу и уеду к родителям, ты вызовешь ее настоящую мать? Как там ее зовут? Вероника? Ах, уверена, она прибежит на выручку сразу же! Или может, Софию вообще кормили грудью, м? И сейчас ты начнешь метаться, чтобы обеспечить ее привычным питанием? Ну так беги за горе-мамашей! Только ребенка с собой прихвати!

Игорь выслушал мою тираду, не перебивая. Только смотрел все так же — с невыразимым чувством вины, которое разливалось по радужке серых глаз. Ну-ну! Пусть чувствует себя именно так — провинившейся донельзя сволочью!

— Саша… пожалуйста, просто зайди домой. Я сам решу все вопросы с дочерью. Ее мать здесь не появится, обещаю. А потом мы поговорим.

Игорь вновь скрылся в недрах нашей квартиры, а я осталась упрямо стоять под дверью. Мне нужно было решить, что делать дальше, хоть это сейчас и казалось чем-то из разряда фантастики. Но мысль о том, что Харламов действительно может позвать в наш дом мать девочки, меня ужасала…

Все же войдя в свой дом, который я никому не собиралась отдавать, я стащила с себя мокрую насквозь толстовку. Крик Софии оглашал пространство нашей однушки, и некуда от него было деться. Пройдя в ванную, я сняла джинсы и майку, обмоталась сухим полотенцем и вышла. Когда поняла, что Игорь закатил грязную коляску прямо в нашу комнату, захотелось выругаться.

— Я все уберу! — словно прочитав мои мысли, сказал Харламов, выйдя ко мне навстречу.

Я прикрыла глаза и досчитала до трех, пытаясь успокоиться. Все тщетно! Спокойствием тут и не пахло. Прошла на кухню, увидела, что тесто уже перевалило за край миски. При виде этой картины стало так себя жаль, что я не удержалась и громко всхлипнула. Пока я тут кулинарничала и пыталась накормить мужа разносолами, он успел сходить налево и заделать ребенка. И не просто сделал это, но еще и съездил с этой женщиной в ЗАГС, где записал дочь на себя!

А может, все было еще проще, но сложнее одновременно? Может, все это время Игорь вообще жил на две семьи? Какой же ужас!

Запихнув сбежавшее тесто обратно в миску, я выбросила его в помойку. Конечно, могла и не раскидываться продуктами, заморозив тесто впрок, но у меня сейчас голова была забита другим. А уж о том, чтобы после всего случившегося, как ни в чем не бывало заниматься выпечкой, я вообще помыслить не могла.

— Я заказал необходимое, сейчас привезут и она успокоится, — обратился ко мне муж, когда я стояла, тяжело оперевшись о раковину и смотрела в никуда.

Только в ушах так и звучали крики Софии, которые сейчас казались наполненными какой-то жуткой безысходностью. Что ж, я вполне ее понимала, потому что ощущала то же самое.