Она тут же едва не задыхается от возмущения.

— Попрошу держать себя в руках и не выражаться, — распорядитель кидает на мачеху ледяной взгляд. — Таковы новые правила.

— Что-то я не припомню таких правил. Комиссия решила, что Медея нестабильна. У неё были множественные срывы. Последний раз она магией едва не убила ребёнка…

— Не было никаких срывов. Это всё ложь! — я разворачиваюсь и смотрю дяде Оскару прямо в глаза. — И под ребёнком ты имеешь в виду Лину? Она старше меня на год. Какой ребёнок?

Лина — дочь мачехи от первого брака. Когда мы жили с моим отцом, Лина была лапочкой. Но как только власть перешла дяде, она сразу изменилась, показав своё истинное лицо. Но я ей никогда не причиняла вреда.

— Ей было четырнадцать, — вклинивается мачеха.

— А мне тринадцать, и моя магия только начала пробуждаться! — напоминаю я. — Вы состряпали всё так, будто я хотела придушить её неконтролируемым потоком теней…

— Хватит! — рычит дядя.

Внутри меня бурлит злость, но я давлю её на корню. Пусть болтают, что хотят. Главное я узнала, что у меня появился крохотный шанс. И я им воспользуюсь.

— Рад, что мы все успокоились, — распорядитель по очереди смотрит на каждого из нас. — Сделка между мистером Даркфоллом и мистером Найтом теперь недействительна. Медея Найт, с вас будет снято ограничение. И вы отправитесь в академию высшей магии «Кристальные пики», чтобы вас обучили контролировать вашу силу.

— Что за бред? Что вы такое несёте? — Сина снова не сдерживается. — У неё стоял блок с четырнадцати лет, с тех пор, как эта паскудница стала жить в пансионе. Она уже забыла, что такое магия. А её драконьи крылья? Они проявляются гораздо раньше двадцати, но у Медеи до сих пор их нет. Какое ей обучение? Ещё и в «Кристальных пиках»! Это же лучшая академия Андраксии.

— Теперь проблемы Медеи Найт не ваша забота. Я думаю, скоро станет ясно, кто её истинный и тогда ответственность за будущую пару перейдёт на его Род.

Дядя звереет на глазах. Даркфолл делает унылое лицо, но видимо смиряется с происходящим. Сина на грани истерики. Она долго ждала этого дня, но всё пошло не по её плану.

А что до меня… я абсолютно перестаю понимать, что происходит, но, надо признать, мне нравится, как развиваются события. Потому что у меня появляется шанс вырваться из-под опеки дяди. Кто бы ни был мой истинный, пусть он даже из ненавистных мне огненных, он явно лучше родственничка, который хотел продать меня с потрохами.

Распорядитель выдаёт бумагу, на которой действительно отмечено, что с меня нужно снять ограничения.

— Руку, — коротко бросает он.

Я вытягиваю руку ладонью вверх. В груди колет. Потому что Сина права в одном — я действительно не знаю, что такое быть дракорианкой с магией. У меня отобрали это право в подростковом возрасте.