Ладно меня ненавидит, но хоть помнит, что Джули в детстве с ней дружила.

— Вали уже, — шикает на Джули Кристабель. — Кому-то скажешь, тебе не жить, поняла?

Джули срывается с места и протискивается мимо девчонок. Я не виню Джули, что она сбежала. Это не её проблемы.

Кто-то даёт ей пинка, и она спотыкается, но всё-таки не падает. Какие же они жестокие.

— Она ничего не сделала! Не трогайте её! — вырывается у меня со злостью.

— Заткнись, — Кристабель делает шаг ко мне и пытается схватить меня за плечи.

Я стряхиваю её руки и отступаю назад, пока не упираюсь спиной в стену.

Подруги Бель надвигаются на меня, лишь Лина остаётся стоять у двери, глядя на происходящее пустыми глазами. Мелькает мысль, что она расскажет про меня и Флейма мачехе и дяде. Радует лишь, что она не связала мою метку истинности и Майрока. Не удивительно, ведь наша связь — чистейшее безумие.

Девчонки совсем рядом, уже обступили меня плотным кольцом, понимаю, что магической силой мне их не одолеть. Тем более такой слабой, как моя. А значит остаётся лишь хитрость.

Глава 13.3

Кристабель останавливается в полуметре от меня, на её лице появляется ехидная улыбочка:

— Лина мне рассказала, что ты несколько лет жила с кровомесами под одной крышей. Может, ты уже такая же, как они?

Вокруг раздаются возгласы отвращения. Эти богатые девчонки презирают полукровок и всех, кто ниже них по статусу. Так было всегда. Этими словами Кристабель хочет уравнять меня с самыми низшими слоями нашего общества прилюдно.

Я гляжу холодно, не показываю своего страха, но внутри всё уже буквально леденеет:"

"— Не сомневаюсь, что ты собирала обо мне все сплетни, какие только могла. Только не забывай, что ты всего лишь простая дракорианка, пусть и из знатного рода, а я наследница и будущая глава рода. Я встану во главе рода Найт, как только окончу академию. Встану рядом с твоим отцом, Кристабель, и буду по статусу наравне с ним.

Бель поджимает пухлые губы, глядя на меня со всё возрастающей яростью.

Я прикусываю язык, понимая, что в попытке хоть как-то защититься сболтнула лишнего. Лина вполне сейчас может сказать, что у меня есть метка истинности и скорее мне светит стать частью чужого рода и рожать для какого-нибудь аристократа, чем стать настоящей наследницей своего отца.

Но сестра молчит. Мне начинает казаться, что ей и самой неуютно в компании старшекурсниц.

— Знаешь что? Ты меня утомила, — цедит Кристабель.

В её руке появляется маленький обоюдоострый книжал с тонкой светящейся золотой гравировкой на лезвии. Он такой крошечный, что скорее напоминает нож.

Она совсем с катушек слетела?! За такое её точно по головке не погладят, даже если дело касается меня.

— Ты же говорила, что просто припугнёшь её, — Лина переминается с ноги на ногу, с ужасом глядя на нож.