Она захочет прекратить свои занятия магией. Конечно, именно этого всегда хотела и я… но как же она радовалась, используя ее! Лишить ее этого? Или пожертвовать собой?

Совершить выбор было непросто, и не следовало торопиться с решением – пока я не узнаю больше. Кристиан согласился сохранить мой секрет, и когда мы нагнали остальных, уже почти наступил комендантский час. Нам предстояло провести вместе всего полчаса, а потом мы разойдемся по домам для сна – включая меня, поскольку, в силу нашего соглашения о сокращенных полевых испытаниях, я освобождалась от ночных обязанностей стража.

Риск реального нападения стригоев был невелик, и инструкторов больше заботил мой полноценный ночной сон.

Поэтому, когда наступил комендантский час, я одна направилась к спальному корпусу дампиров. И уже почти около него он появился снова.

Мейсон.

Я резко остановилась и оглянулась по сторонам, желая, чтобы кто-нибудь засвидетельствовал происходящее и вопрос о моем безумии был бы снят раз и навсегда. Его отливающая перламутром фигура стояла там, руки в карманах куртки, почти как в жизни, отчего все выглядело еще более странно.

– Ну, – заговорила я, чувствуя себя на удивление спокойно, несмотря на печаль, нахлынувшую на меня внезапно, – рада снова видеть тебя одного.

Эти, в самолете, мне совсем не нравились.

Его лицо ничего не выражало, в глазах застыла печаль. Чувство вины вспыхнуло во мне с новой силой, все внутри сжалось, и я не выдержала.

– Что ты такое? – закричала я. – Ты реален? Или я схожу с ума?

К моему удивлению, он кивнул.

– К чему это относится? Ты реален?

Он кивнул.

– Я схожу с ума?

Он отрицательно покачал головой.

– Хорошо. – Мне даже удалось пошутить, несмотря на шквал эмоций.

 – Это, конечно, большое облегчение, но, честно говоря, разве ты реагировал бы иначе, если бы был галлюцинацией?

Мейсон просто стоял и смотрел. Как я хотела, чтобы кто-нибудь проходил мимо!

– Зачем ты здесь? Ты сердишься на нас и хочешь отомстить?

Он покачал головой, и что-то внутри меня расслабилось. Я даже не осознавала, как сильно опасалась именно этого. Чувства вины и печали так тесно переплелись во мне. Казалось неизбежным, что он винит меня – прямо как Райан.

– Ты… Ты никак не можешь упокоиться?

Мейсон кивнул и, казалось, стал еще печальнее.

Я вспомнила его последние мгновения и с трудом сдержала слезы. Мне, наверно, тоже было бы трудно упокоиться, если бы у меня отняли жизнь, когда она еще, можно сказать, и не началась.

– Но дело не только в этом. Есть какая-то другая причина того, что ты приходишь ко мне?

Он кивнул.

– Какая? – В последнее время возникло так много вопросов, а мне срочно требовались ответы. – В чем она? Что я должна сделать?

Однако на этот вопрос, видимо, ответа «да» или «нет» не существовало.