Как все плохо, я места себе не найду теперь, буду думать, как она там. И ведь не отменишь. Что там жрецы говорят?

– Да все то же, верховный ведь с тобой разговаривал. Пробой надо закрывать в любом случае, что-то там враждебное проникает в наш мир, война – это только первая ласточка. Потом пойдут болезни, смерти, и лет через триста на континенте останутся единицы, остальные или помрут от болезней, или погибнут в постоянных войнах.

– Тогда, может, больше послать воинов, мало ведь два десятка.

– Не знаю, тебе решать, только чем больше людей, тем больше они будут привлекать к себе внимания, тем медленней они будут двигаться. Нет, думаю, это самый оптимальный вариант, можно было бы это все и после войны сделать, но жрецы настаивают делать только сейчас. Почему – не знаю, верховный что-то скрывает и толком ничего не объясняет. Поговори с ним сам.

– Говорил, – король устало махнул рукой. – Говорит, что «Утренняя звезда» может действовать, только когда государству грозит опасность, или во время войны, или еще при каком-нибудь катаклизме. После победы она не сможет нам помочь, как-то так.

* * *Через двое суток я снова оказался в расположении армии, стоящей на пути захватчиков. Добирался сюда вместе с королем и еще с полусотней гвардейцев. Ночевали в походных условиях, только королю ставили палатку и небольшую переносную печь, возле которой постоянно дежурил один из гвардейцев, чтобы не произошло возгорания и она не тухла.

Король на удивление относился к неудобствам походной жизни спокойно, сказалась, наверное, его служба в армии в свое время. По рассказам ветеранов, говорят, он был храбрым и бесстрашным офицером, при этом очень заботился о своих подчиненных. Маркиз остался в столице разбираться и с неудавшимся переворотом, и с бунтом, а также с подготовкой похода к пробою. Меня же прикомандировали к личным гвардейцам короля, при этом я как бы остался за штатом, не получив подчиненных, и сам подчинялся только королю и полковнику – командиру личной охраны короля.

За то время, что меня не было, армейцы закончили устройство оборонительных сооружений, а тут еще недавно прошел небольшой снегопад, скрывший и ловушки, и вообще любые последствия работ. Накануне армия захватчиков прибыла на место будущей битвы и готовилась к атаке, расположившись где-то в километре, если перевести в обычные для меня меры расстояния. Битва, по всей вероятности, состоится завтра, наш лагерь был молчалив и сосредоточен, в воздухе витала напряженность.

Утро следующего дня было хмурым и пасмурным, правда, в воздухе уже витал запах весны, я почему-то всегда чувствовал этот переход времен года. В лагере противника раздавались звуки рожков, выстраивались колонны и шеренги. До них еще довольно далеко, и разглядеть что-то подробно невозможно.