Вернее, не домой, а на съёмную хату, где раньше мы жили с Машкой.

От неё пока не было никаких вестей. В Сочи, похоже, ей неплохо живётся. Поначалу я всё думал ей позвонить, справиться, как дела. Но потом отмёл эту мысль. Всё равно пока не до неё. И пусть лучше сидит там подальше в неведении и спокойствии, пока я тут разгребаю всю эту грязь. Вернётся, когда всё закончится. Надеюсь, к этому моменту я уже решу все вопросы.

Или кто-то порешит меня. Но нет, этого не допущу.

Замок я сменил уже давно, чтобы обезопасить её. Если вдруг Машка вздумает нагрянуть нежданно-негаданно, без меня в квартиру попасть не сможет.

А это сейчас самое главное — безопасность.

Перед тем, как добраться до дома, я завернул в строительный магазин. Там набрал разных вещей, на которые продавец косо поглядывал, но вопросов лишних задавать всё-таки не стал. Взял всё, что нужно было для реализации моей задумки.

Когда подошёл к подъезду, солнце уже садилось, было нежарко и пасмурно. Во дворе, как назло, крутилась какая-то бабка с пуделем. Я замешкался, подождал, пока она уйдёт за угол, а только после нырнул внутрь со свертком, в котором угадывалась разобранная ружбайка.

Вошел в квартиру быстро, без лишнего шума, сразу же закрылся на замок.

Свет включать не стал. В полумраке было неуютно, но глаза быстро привыкли. Я спокойно прошёл на кухню, поставил пакеты на стол и сел, выдохнув. Достал из пакета всё, что купил, разложил аккуратно на столешнице. На смартфоне нашёл приложение радио, запустил фоном тихо-тихо, едва слышно, чтобы не было совсем уж гнетущей тишины. Из динамика доносились старые песни «Наутилуса Помпилиуса» из девяностых, и я машинально стал подпевать про себя слова, которые знал будто бы нутром, наизусть с тех времён.

Достал ружьё, что дал Михалыч, и первым делом спилил стволы ножовкой по металлу. Пилилось тяжело, металл визжал и сопротивлялся, но постепенно поддавался, и вскоре у меня в руках уже был самый настоящий обрез. Стволы получились не слишком короткими — сантиметров по тридцать, как раз то, что нужно.

Теперь очередь дошла до латунных гильз, которые вместе с ружьём отдал мне оружейник. Я аккуратно подготовил их, вставил капсюли-воспламенители. Затем пришла пора засыпать порох.

Сначала думал отмерять по инструкции, как положено для двенадцатого калибра. Но решил, что дело у меня нестандартное, и увеличил навеску пороха — не чуть, а в полтора раза. Чтобы выстрел вышел не просто громким, а максимально убойным. Пусть даже стрелялку эту разорвёт к чёртовой матери.

Главное — достичь нужного результата. Убить наверняка.

Затем пришла пора нарезать поражающие элементы. Взял кусачки и старые, мелкие, но прочные стальные гвозди. Уселся и тщательно нарезал их на короткие, острые фрагменты.