Не свидетель я, а клиент, которому прислали двух «гончих», чтобы не сорвался.

Ну что ж, разберёмся. Интересно только, что там Бульдог накопал на меня, если подключил службу собственной безопасности МВД. Нужно съездить и узнать, а уже оттуда будем плясать.

— Ладно, — сказал я, — сейчас кофе допью, — кивнул на кружку, — и поеду. Ждите снаружи.

— Мы здесь подождём, — отрезал первый.

— Побыстрее, — добавил второй, цедя слова так, будто под языком у него сидел гвоздь.

Я усмехнулся. Выводить людей из себя — талант, который у меня не отнять.

* * *Мы доехали до здания Следственного комитета.

Машина встала у крыльца, один опер остался на улице курить, а второй пошёл со мной, будто я и вправду под конвоем. Шёл рядом, поглядывал, как на задержанного, и не старался это скрывать.

Поднялись на нужный этаж, он постучал в дверь кабинета.

— Разрешите? — бросил он в проём. — Ярового доставили.

— Отлично, — в голосе за дверью прозвучало удовлетворение.

За столом сидел Аркадий Львович Сметанин — невысокий, приземистый, с короткой шеей и широкими, как у борца, плечами. Брови густые, почти сросшиеся, торчали щетиной, придавая лицу звероватый вид.

— Подождите за дверью, — сказал он моему провожатому. — А вы, Максим Сергеевич, проходите.

И в голосе его — этакое холодное торжество. Я вошёл, сел, закинул ногу на ногу, слегка раскачивая.

— Ну, Аркадий Львович, ну вы даёте. Целый кортеж особистов за мной отправили. А что, позвонить не судьба — мол, подскочите, Максим Сергеевич, на минутку, вопросики решим?

— Не радуйтесь и не ерничайте, товарищ лейтенант, — процедил Сметанин. — После того, что я вам скажу, шутить, думаю, не будете.

— Знаете, — я пожал плечами, — шутил и не в таких ситуациях.

Откуда вам знать, что я буду делать? Так что, зачем вызывали?

— Вы подозреваетесь в убийствах.

Я качнул ногу чуть сильнее.

— Очень интересно.

Сметанин чуть приподнял брови, разглядывая меня.

— Смотрю, вас ничем не проймёшь…

— Уже наудивлялся за свою жизнь, — ответил я.

— Когда успели? Возраст у вас не тот, чтобы так говорить.

— У нас на службе день за два идёт. Вторую жизнь проживаю.

Он не спускал с меня глаз, пытаясь понять, почему я держусь так ровно. Но я уже понимал: раз за мной пришли ОСБ, значит, дело табак. Хотелось только узнать, что именно у него есть.

А дальше — будем выкручиваться.

— Так что, Аркадий Львович, — сказал я, — давайте без долгих прелюдий. Что нарыли?

— Роют кроты, а я дело расследую… Недавно нашли два трупа.

— Слышал, — кивнул я. — Но это не наша территория.

— Конечно, не ваша. Они всплыли ниже по течению, километрах в двадцати от города. Пролежали в воде не меньше месяца. Личности установили.

Я уже знал, о ком речь. Те самые двое, что пытались меня убрать на даче у Валета, когда я там был, вроде как, охранником.