И только потом, лениво, с тем самым выражением человека, который якобы не придаёт особого значения происходящему, начал:

— Представляешь… ничего особенного. Средняя школа в поселке, потом слушатель Волгоградской Академии МВД. Выпустился — не ахти как. Умом не блистал, не спортсмен, не гений. Середнячок.

Он усмехнулся, но Вальков не разделил ухмылки. Лицо оставалось каменным, только брови чуть повело к переносице.

— Учился он на следователя, — продолжал Савченко, — Но по выпуску… в следствие не прошёл. Его задвинули в штаб. Внутренняя служба. Бумажки всякие, планы, проекты приказов.

Такое вот — «офицер, почти без погон», как у меня говорили на прошлой работе.

Он сделал паузу. Глаза Валета сузились.

— Что-то ещё узнал? — коротко спросил тот, не удержавшись. — Лох? Тихоня? Не верю, бл*дь…

Савченко пожал плечами.

— Ничего больше… А по биографии — лох, получается. Ни подвигов, ни косяков за ним нет… Канцелярская крыса. Представляешь?

Повисла пауза. Но теперь молчал и Савченко. Вальков задумчиво уставился в одну точку. Потом перевел взгляд на собеседника и проговорил:

— Слушай, Артурчик… Ни хера не бьётся… Ни один «середнячок» так не работает.

Он бабки просил, за компромат… Кстати, на связь не вышел?

— Нет… Ждем…

— Просто сидишь на жопе и ждешь? — вспылил Валет, дернул язычок молнии сильнее, вырвал замочек с корнем, отшвырнул его. — Ёб*ная застежка!

Снял куртку и бросил ее на пол. Будто обессилев, плюхнулся обратно на диван.

Савченко наблюдал молча, а потом продолжил.

— Но и это ещё не самое интересное… — протянул он, чуть наклоняясь вперёд в кресле, словно подбрасывая наживку.

— Ну говори уже… Задолбал ты своими шарадами, — раздувал щеки Валет.

— Наш человек из ментовки поковырялся в ведомственном компе и нашёл занятную штуку. Совсем недавно кто-то пробивал одного любопытного человечка по ментовской базе.

— Кого? — Вальков замер.

— Егорова Андрея Владимировича, — протокольно, будто и сам мент, проговорил Савченко. — Шестьдесят пятого года рождения. Помнишь такого?

Валет задумался. Внутри шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Егоров… — повторил он, поджав губы. — Вроде, помню. Сутулый такой из нашей пехоты был… С ларьков мзду собирал в девяностые… Мы еще тогда думали, что он сливает нас… И где он?

— Умер, — отозвался Дирижёр.

— В девяносто восьмом. В ИК-15. Туберкулез.

— А пробивал его кто по базе? И на хера? Столько лет прошло…

Валет нагнал в голос бравады, но внутри грыз червячок. Не просто так пехотинец из его бывшей группировки всплыл.

— Вот в том-то и дело, — Савченко щелкнул пальцем, будто перед представлением или фокусом. — Врио начальника уголовного розыска, Шульгин Николай Николаевич, снюхался с нашим штабистом. И проверка Егорова осуществлялась с его рабочего места.