Спала, как убитая. Даже храпела, но негромко.

— Ой, не ври, а! Никогда не храплю! — Машка покраснела.

— Ну да… Просто громко сопишь.

— Да это Алька храпела, — кивнула Машка, косясь на меня и поджав губы. В ее глазах сверкнули чертята. — Ну и как она тебе?

— Кто?

— Бобр. Понравилась?

— Ничего так. Интересная девушка, — ответил я, не поднимая глаз.

— Интересная? Ой, скажешь тоже… Людей обманывает своими этими предсказаниями, гаданиями, — фыркнула Машка.

— У каждого свои недостатки. Я вот в штабе работаю…

— Выдерга она. И умную корчит. Скажи, Макс, а мужикам правда нравятся рыжие? Ну… серьёзно?

Вспомнился анекдот о женской дружбе: Чтобы летом хорошо выглядеть на пляже, Люся ещё с зимы начала откармливать свою лучшую подругу Оксану.

— Всё, — глянул я на наручные часы. — Я побежал. Дел по горло.

— Куда? Ты же на больничном.

— Больничный — не повод расслабляться. Когда Родина в опасности, отдыхать некогда, — проговорил я с нарочитым пафосом и смылся с кухни, пока Машка не начала допытываться про рыжих бобров.

Путь лежал в медсанчасть — надо было снова сыграть оловянного несгибаемого солдатика. Походил роботом для убедительности, покривился на спину — всё прошло гладко, больничный продлили без лишних вопросов.

А оттуда — сразу на работу. Нужно выцепить мажора. Что-то он подзаглох, а мне нужна инфа на Егорова. Я же пробить велел, а он что — забил? Если так — взбодрю. А если не забил, как там теперь говорят? Помогу «сформировать внутреннюю мотивацию». Ну-ну.

* * *Чёрный седан премиум-класса мягко притормозил у одной из новостроек в спальном районе. Из него первыми вышли двое охранников в тёмных костюмах. Гарнитуры в ухе, морды кирпичом, недалекие, но серьезные. Один — сразу в подъезд, второй остался снаружи, осматривал двор, вращая бритой головой.

На площадке — пара ребятишек, мамашка с коляской да накачанный тип в обтягивающей футболке выгуливал таксу. Взгляд охранника задержался на нём. Подумал, поприглядывался. Слишком уж подчёркнута фигура, слишком нарциссично выставлены мышцы — под одеждой спрятать оружие проблематично. Значит, не угроза.

— Всё чисто, Герман Сильвестрович, — доложил вернувшийся из подъезда.

Только после этого из машины выбрался сам Вальков. Медленно, как человек, которому все и так обязаны. Недовольно поморщился на солнце, будто оно светит без его ведома, одёрнул дорогой легкий пиджак и направился к подъезду в окружении охраны.

Просторный лифт мягко принял всех троих и пополз вверх. Тишина, только еле слышное глухое гудение. Дзинь. Двери разошлись на нужном этаже. Вышли.

— Ждите здесь, — коротко бросил Вальков и кивнул на лестничную площадку.

— Квартиру проверить? На всякий случай? — уточнил один из охранников.

— Ты глухой⁈ — рявкнул Валет.