Я переместилась в кабинет и, к своему удивлению, увидела Сталина не за письменным столом, как я ожидала, а прямо возле того места, куда я телепортировалась. Это меня напугало еще больше.

– Добро пожаловать, – сказал он и подал мне руку. – Как я понимаю, вы принесли обещанные доказательства?

– Это только их вторая половина.

Мы сели за стол, и я стала объяснять:"

"– Иосиф Виссарионович, я долго думала и пришла к выводу, что мои аргументы должны состоять из двух частей. Начнем с первой. Я хотела взять с собой фотографии Москвы 2010 года, но потом поняла, что вы можете заподозрить меня в подделке. Поэтому я попрошу вас выдать мне фотокамеру с пленкой. Я сделаю снимки, а ваши люди проведут экспертизу и напечатают фото.

– И вы думаете, что справитесь с нашей древней техникой? – он иронично посмотрел на меня.

Его хорошее настроение навевало невеселые мысли. С чего бы это он так развеселился? Может, товарищ Джугашвили меня просто дурит и никакие доказательства ему не нужны, так как он уже давно пришел к выводу, что я не визитер из будущего, а артистка эстрады? Или он выслушает меня, а потом прикажет грохнуть прямо здесь, в Кремле… Я задумалась, но вовремя вспомнив, что надо отвечать на вопрос, сказала:

– Не беспокойтесь. У меня большой опыт работы с самыми разными фотоаппаратами. Пусть назовут мне чувствительность пленки, а об остальном я позабочусь.

– Это хорошая идея, товарищ Санарова. – Он снял телефонную трубку и сказал: – Распорядитесь, и пусть в течение часа мне принесут опечатанную и заряженную фотокамеру.

Потом он указал на ноутбук и спросил:

– Ну и что это за вторая часть? Секретное оружие?

– Нет, что вы! – перепугалась я. – Это… Это такая машина, которая хранит в себе информацию. В 1937 году ничего подобного вроде бы нет. Я сейчас включу и покажу вам материалы и изображения различных документов, в которых описано то, о чем я говорила в прошлый раз. Можно?

– Разумеется! – Сталин снова смотрел на меня как на какую-то говорящую диковинку.

Дождавшись окончания загрузки, я повернула к нему ноутбук и, извернувшись змеей, стала показывать всевозможные карты военных действий, сканы открытых государственных документов разных времен и фотографии политических деятелей.

Примерно через час после начала моей презентации в кабинет принесли листок с описанием пленки и фотокамеру. Видимо, это было последнее слово импортной техники, так как по виду оно сильно смахивало на бабушкин трофейный аппарат, которым она умудрялась снимать меня аж до начала восьмидесятых годов.

– Ну что ж… – Сталин привычно откинулся на высокую спинку стула. – Постарайтесь сфотографировать наиболее узнаваемые, но в то же время сильно изменившиеся места нашей столицы. Ну и, конечно, Дворец Советов.