– И не в состоянии обеспечить тебе тот уровень жизни, что может дать он.

– Ты что, – от негодования мой голос задрожал, – предлагаешь мне стать содержанкой? Продаться ради побрякушек? Ты хоть представляешь, как это оскорбительно? И как все будут смотреть, если я стану…

Марк отвел глаза, и меня словно ведром холодной воды окатило. Вдруг сообразила, кому это говорю. Марку Алиери. Королевскому незаконнорожденному сыну, ребенку женщины, которая продалась за побрякушки и которую, наверное, всю жизнь поливали презрением. Как и его.

Резко выдохнув, выдавила:

– Прости. Я не имела в виду… Не хотела сказать ничего оскорбительного. Наверное, когда люди любят друг друга, все немного по-другому, но…

– Наша жизнь не была такой уж ужасной, – медленно произнес Марк. – У моей матери особняк за городом и дом в центре, у нас всегда было много друзей. Я учился в частной школе, потом познакомился с братом, и он всегда держался со мной на равных. Он может обеспечить тебе хорошее будущее, – добавил он, глядя уже на меня. – Дать положение и возможности, которые я не смогу, Элоин.

– Да не нужны мне его возможности, как и он сам! – снова возмутилась, вспомнив пикирующего с неба принца и его наглый прищур. – Ты что, хочешь, чтобы я согласилась на его предложение?

– Нет, – уверенно заявил брюнет и вдруг притянул меня к себе. – Не хочу, – прошептал в мои губы.

Магические огоньки вокруг разом погасли, и я застыла от неожиданности. Пальцы Марка невесомо провели по щеке, по волосам, и он подался вперед, но теперь перед моим внутренним взором возник милорд Рэйнард. Сама не зная почему, в последний момент отвернулась. Нет, я не успела влюбиться в ректора, но мне вдруг показалось неэтичным целоваться с двумя мужчинами в один день.

Мы стояли близко, я чувствовала дыхание Марка в своих волосах, ощущала плотную ткань его одежды под пальцами. Казалось, время остановилось… «Нужно быть последовательной. Если не согласилась целоваться, то и обниматься тоже не стоит», – подумала и нехотя отстранилась.

– Начнем? – Марк не выглядел расстроенным.

Наверное, правильно я поступила: здесь другие нравы, и девушки ведут себя скромнее, чем у нас. Если соглашусь поцеловать его, может подумать, что я легкодоступная девушка.

– Начнем. – Постаралась улыбнуться как ни в чем не бывало, и Марк принялся меня учить.

Сразу же пожалела, что не попросила Джину. В танцах Марк разбирался так, словно работал хореографом, то есть балетмейстером по местным меркам, и нещадно меня муштровал. Неужели в частной школе уделяли большое внимание танцам?

– Раз-два-три, и вот так ручкой, и вот так ножкой, – командовал он, и я изумлялась, что парень помнит не только все па, которые должен выделывать сам, но и те, что приходились на долю партнерши.