Так, стоп! Я увидел, как железная дверь клетки Зверя была открыта. А внутри… пусто. Холодок пробежал по моей спине.

Что здесь происходит, чёрт возьми⁈

Глава 22

Я проводил открытый вольер взглядом. Чуть шею не вывихнул. А пышка ничего не заметила.

Она вообще, кроме меня ничего вокруг не замечает. Будто я центр мира. Мне и маман хватает с её чрезмерными материнскими чувствами. А тут она ещё.

Но факт остаётся фактом. Зверя в вольере не было. И я был слегка встревожен.

А когда няня передала меня Лене, и та отвела в группу, понял, что не только меня беспокоил сей факт.

Ко мне тут же подскочил Мишка."

"— Наешь? Звей исез, — выговорил он, испуганно посмотрев на меня.

— Та, — кивнул ему.

— Плилуси ево, — предложил он. — Ты зе мозешь. Я видиль.

Я посмотрел на него. Ну вот зачем он панику разгоняет? Может, его просто прогуливают по территории.

— Попобую, — ответил я другу.

Самому было интересно, получится ли.

Затем огляделся. Конечно, все малыши видели то же, что и я. И все были напуганы.

Затем подошли два ребёнка-телохранителя, которым я, как и обещал, передал по две конфеты. Карапузы одобрительно кивнули и… тут же слопали сладость, воспользовавшись тем, что воспитательницы отвернулись.

Затем остановились неподалёку, посматривая грозно в сторону компании Демидова.

Вот же засранец мелкий! Он уже четвёртого подкупил, очередной шоколадкой. Неужели так боится меня? Ну да, я же ему тогда возле горки так влупил, что, наверное, у него до сих пор искры перед глазами мерцают.

— Пливет, — к нам подскочила худенькая белобрысая девчонка с двумя торчавшими в разные стороны косичками.

— Сё хотеа? — среагировал один из моих телохранителей, Лёха, но дорогу преградить не успел.

Белобрысая уже была рядом с нами, оставив мою охрану позади.

— Моно я с вами буу ходить на уице? — умоляюще посмотрела девчонка на меня, затем перевела взгляд на Мишку. — Я боюсь эту собау.

Говорит она на удивление чище нас, но некоторые буквы всё-таки пропускает.

Я показал на браслет вокруг её запястья:

— Во… — ответил я. — Басьет.

— Всё авно боюсь, — девчонка настаивала на своём.

— Холосо, буем писмаливать, — ответил Мишка, понимая, что она не отвяжется. Затем повернулся ко мне: — Да, Сиога?

— Та, буем, — одобрил я.

Мне понравилось, что Миша уточнил у меня, а не сам принял решение. Вот что значит настоящий друг.

Когда девчонка отошла, настал черёд пухлого парня. Он был настолько толстым, будто его надули, словно воздушный шар. Чёрт, у него даже щёки раза в три больше моих! Будто схомячил что-то и не прожёвывает до поры до времени.

И, конечно, я узнал его. Это тот самый четвёртый, которого недавно купил с потрохами Демидов-младший.

— Поспоим, Звель тебя сожлёт? — злобно ухмыльнулся пухлый.