Но, я понимаю, что это все достаточно личное как для вас, так и для нее. Поэтому я займусь документами, а вы не теряйте времени даром.

Император отходит к дальней стенке, где для него развернули настоящий походный кабинет с раскладным столом и удобным креслом, и погружается в бумаги.

А мы с гоцаргом остаемся. Повисает неловкая пауза. Я не знаю, как начать разговор, и он похоже тоже.

- Вина, дочка, я понимаю, что ты сейчас в полной растерянности и не знаешь кому верить. Мне бы очень хотелось повернуть вспять время и вернуть, те годы что у нас отняли, когда ты была вдали от меня…

- Почему? – тихо спрашиваю его.

- Что почему?

- Почему я была вдали? Как так получилось? Тринадцать лет долгий срок. Почему твои поиски так сильно затянулись, ведь светлый лес не так уж и обширен?

Версию владыки я уже слышала. Посмотрим, что мне расскажут сейчас.

- Я не знаю, что тебе рассказывали там, - сжимая челюсти говорит отец. – Но я не снимаю с себя вины в пропаже твоей матери. Элрина была очень ранимой, впечатлительной и беременность только усилила эти черты. Я оставил ее… уехал по делам… а когда вернулся вечером, то было уже поздно, она пропала, - он тяжело дышит, прикрывает глаза и его лицо искажает болезненная гримаса.

- Ушла порталом, оставила только записку, что должна вернуться домой, пока еще не поздно.

- Пока не поздно? А где был ее дом?

- В том то и дело, что она не помнила этого до момента пропажи. Я встретил Элрину при очень странных обстоятельствах. Она буквально выпала на меня из портала и тут же потеряла сознание, - понизив голос продолжает он рассказ."

"- А когда она очнулась, то ничего не помнила о своем прошлом. Только крупицы воспоминаний… Имя, что-то из детства и все.

Но даже, несмотря на это, я был уже покорен, лишь только она взглянула на меня своими удивительными глазами… У тебя ее глаза, дочка… совсем как у нее… - он отворачивается, пытаясь скрыть выступившие слезы и шумно выдыхает в сторону.

У меня тоже в горле образовался колючий комок и сглотнуть его не получается. Но я не могу сейчас позволить себе в открытую проявлять свои чувства. Император здесь, да и сложно мне вот так вот принять отца после нескольких минут знакомства.

- Расскажи про нее, - просто попросила я. Мне, действительно, хочется знать.

Мои воспоминания слишком туманны и поддернуты детским восторженным восприятием, когда небо голубое, а трава зеленая и все вокруг светло и солнечно.

Отец грустно улыбается, но просьбу выполняет. Я вижу какой любовью и нежностью загораются его глаза, когда он говорит о своей жене. Он ее любил, очень сильно. И с трепетом ждал появления первенца, меня. Эта неожиданная пропажа стала для него сильным ударом. И он очень хотел найти нас. Все это время пытался. Но его возможности в тот момент были сильно ограниченны.