Железная лестница гулко звенела, оповещая о том, что посетителей несколько. Матвеев как-то странно дернулся, не то встречать, не то бежать, затем положил на колени трясущиеся руки и стал ждать. Дверь громыхнула, открываясь, пропустила на Башню троих. Узнав в одном из них Стрижа, Матвеев облегченно вздохнул.

— Здорово, Васильич, — Стриж протянул мужичку руку и чуть не отдернул ее, настолько ладонь Матвеева была мокрой от пота.

""Однако он крепко перепугался"", — с удивлением подумал Анатолий.

— Здравствуй, Толик. Ты что это на ночь глядя?

— Да надо. Ты один?

— Да, Овсеев знаешь…

— Знаю, — оборвал его Стриж. — Слушай, нам катер нужен на пару часов.

— Да ты чего, Толян?! А вдруг кто тонуть будет, или начальство приедет? Я же головы не снесу.

— Мы быстро, — продолжал уговаривать Стриж. — А в случае чего возьмешь моторку. Один ты все равно с двумя судами не справишься.

Матвеев заколебался. Действительно, ему удобней было управляться с легкой моторкой, недавно полученным «Прогрессом», нежели со старым, тяжелым десятиместным катером.

— Куда тебя несет на ночь глядя?

— Надо сгонять на Робинзон, человека там одного проведать."

"«Робинзоном» называли в народе лежащий в нескольких километрах от города большой остров, на котором размещалось с пяток турбаз. В свое время к нему прилипло еще одно не очень почетное название, в пору, когда на Робинзоне была только одна турбаза, принадлежавшая любвеобильному контингенту местной швейной фабрики.

Недолгие переговоры закончились успехом.

— Ну ладно, бери, — со вздохом согласился Матвеев.

— Отлично, — обрадовался Стриж. — Мы тогда свои мопеды оставим внизу?

Он взял ключи со щита, потом почесал указательным пальцем висок — жест, перенятый у Винтера.

— Да, хочу пару масок взять.

— Это еще зачем? — удивился Матвеев.

— Понимаешь, там порядки строгие, нет желания столь явно рисоваться. Ну там база волейбольной женской команды, знаешь?

— А, вот ты куда нацелился, — ухмыльнулся мужичок.

— Догадливый ты, однако. Серега, загоняй технику, а я спущусь за масками, — и он направился на второй этаж по внутренней лестнице.

Минут через пятнадцать старый водолаз наблюдал, как все четверо друзей, загрузившись в катер, плавно отчалили от берега.

— Мы скоро, — крикнул на прощанье Стриж и прибавил газу.

Когда звук мотора окончательно затих, поглощенный морем и ночью, Матвеев заторопился к телефону. Набрав номер, он чуть не заикаясь, сказал в трубку:

— Мне бы Григория Васильевича. Да, срочно.

Положив трубку, он стал ждать. Вскоре телефон зазвенел. Схватив торопливым движением трубку, мужичок, запинаясь через каждые два слова, торопливо доложил:

— Григорий Васильевич? Это Матвеев. Этот самый, Стрижов, да, только что был здесь, на Башне. Зачем? Взял катер и… поплыл на «Робинзон».