Я хочу, чтобы даже спустя годы ты оставалась прежней – со своими принципами и взглядами на жизнь. И не ломалась под напором обстоятельств и плохих людей. Помни, что мусор гниет сам (эту фразу сказал папа!).

Хочу, чтобы ты поступила в университет и окончила его с красным дипломом, став отличным специалистом. Надеюсь, ты уже давно сдала JLPT – желательно, первый уровень. Что побывала в Японии и Ирландии. И что у тебя отличный парень, который безумно тебя любит, а ты таешь от его прикосновений – как в любовных романах.

Самое главное, я хочу, чтобы ты была счастливой. Проследи за этим там, в будущем – я уже иду к тебе!

И пожалуйста, сделай так, чтобы Матвеев был твоим. Я боюсь думать о том, что мы отдалимся, и никогда больше наше общение не будет прежним.

Я очень по нему скучаю, хотя сейчас, когда он ржет как лошадь (наверняка научился у Громкоговорителя), мне хочется дать ему подзатыльник. Пожалуйста, не допусти, чтобы мы стали чужими. Очень тебя прошу. Твоя Даша, с любовью и грустью из-за предстоящих экзаменов».

Честно сказать, я чуть не разревелась – и из-за новой волны ностальгии, и из-за странного ощущения в груди – то ли страха, то ли облегчения. Мы с Даней были на волосок от того, чтобы действительно навсегда отдалиться друг от друга, став чужими людьми. Были бы мы счастливы поодиночке? Сложно сказать. Не думаю, что мы были бы обречены на страдания – просто бы жили дальше, но по-настоящему счастливыми так бы и не стали. Без любви познать счастье полностью невозможно.

И я безумно рада, что этого не случилось и что мы вместе, несмотря ни на что.

– Ты в порядке? – спросил Даня, обнимая меня, пока другие рассказывали друг другу, что написали в посланиях, и смеялись.

– В порядке, – шепнула я.

– А что с глазами? – нахмурился он.

– Просто… Вспомнилось все, что с нами было. Нахлынули воспоминания, – призналась я и привычно положила голову ему на плечо. – Спасибо, что ты со мной. Одной бы мне было плохо.

Вместо ответа он стал гладить меня по волосам, и я почувствовала легкость и спокойствие.

– А что было написано у тебя? – спросила я Даню уже в машине, когда мы ехали домой – счастливые и умиротворенные. Он молча протянул мне свою записку, и я раскрыла ее.

В отличие от моего, его послание себе было лаконичным.

«Надеюсь, она стала твоей»."