Поверьте, я выучил этот урок еще во время вашей беседы с мистером Вертриггером.

Джейн почувствовала, что краснеет.

– Приношу свои извинения, если вам показалось, что я была… грубовата. Видите ли, меня ужасно раздражал этот человек.

Граф снова ухмыльнулся.

– Всего лишь раздражал? А мне-то казалось, что вы вот-вот выпотрошите его прямо там, на поляне.

Джейн пожала плечами. Что ж, ей и впрямь очень хотелось это сделать.

– Он ведь наврал мне… то есть комитету, – пробормотала она.

– Мисс Уилкинсон, кто вам наврал?

Услышав голос леди Чентон, Джейн вздрогнула – и едва не выбила из руки лорда Эванса блюдо с фазаном. А свой бокал, к несчастью, опрокинула.

Она бросилась ловить бокал, а граф тем временем жонглировал фазаном.

– Ох, простите, что напугала вас, – с улыбкой произнесла леди Чентон. И Джейн подумала, что та вот-вот начнет играть бровями – как частенько делали сестры Болтвуд, когда им казалось, что они стали свидетельницами очередного любовного романа. – Но вы как будто слишком уж… гм… увлеклись беседой, – добавила виконтесса.

Джейн ожидала, что лорд Эванс одернет сестру, но он почему-то этого не сделал. Тогда она украдкой взглянула на него, и оказалось…

О Боже, он смотрел на вырез ее платья! Во время этой суматохе с вином и фазаном шаль соскользнула с ее плеч, и Джейн, быстро вернув шаль на место, повернулась к хозяйке дома.

– Мне наврал человек по имени Уолдо Вертриггер, леди Чентон.

– О, называйте меня просто Дианой, – сказала виконтесса. – И я надеюсь, что вы позволите мне называть вас Джейн. В конце концов, это же просто семейная встреча, так что никакой официальности…

– Да, конечно… – робко отозвалась Джейн. Но она-то – не член семьи. Впрочем, скоро некая связь, возможно, появится… Рэндольф и леди Элдон, едва увидевшись, уже не отводили друг от друга глаз, и теперь, сидя рядом за столом, они о чем-то тихо беседовали.

Тут лорд Эванс – уж наверное, леди Чентон не собиралась предлагать ей называть графа по имени – повернулся к сестре и проговорил:

– В своем объявлении этот человек написал, что у него в зверинце имеется живой кенгуру. Но когда он явился в Лавсбридж, то оказалось, что у него было только чучело. И мисс Уилкинсон пришлось объясняться с этим шарлатаном.

Обращаясь к сестре, граф чуть приподнялся, и сейчас лицо его находилось всего в нескольких дюймах от Джейн. «Как приятно от него пахнет», – подумала она. Окинув взглядом его профиль, она вдруг заметила в уголке его губ небольшой шрам. Но как же он…

– Все верно, мисс Уилкинсон? – Он улыбнулся ей. – Или я тоже могу называть вас Джейн? Ведь Диана сказала, что это семейная встреча…"

"И сейчас, когда он повернул к ней голову, его губы оказались еще ближе.