Жаль, что не поехал, но я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.

Кэт возвела глаза к потолку.

– О боже! Джейн, это имеет к тебе самое прямое отношение. Граф любит тебя. И я думаю, что ты любишь его.

Джейн поджала губы. Проклятье! Стоило упомянуть об Алексе, и сердце ее заныло.

Стараясь выглядеть невозмутимой, Джейн проговорила:

– Это что же, лорд Эванс признался в своих чувствах ко мне тебе или герцогу?

Кэт покачала головой.

– Конечно, нет. Мужчины не болтают о своих чувствах.

– Понятно, – кивнула Джейн. Какая же она дура! Ей следовало посмотреть в лицо фактам. Она-то думала, что так и делала, но оказалось, что она всего лишь строила воздушные замки. – Кэт, а тебе не приходило в голову, что лорд Эванс если и расстроен, то из-за чего-то другого, совершенно со мной не связанного?

– Из-за чего же еще? – удивилась подруга.

– Ну… может, у него финансовые затруднения.

Кэт рассмеялась.

– Знаешь, Маркус говорит, Алекс как царь Мидас: все, к чему прикасается, превращается в золото.

– А может, он… расстался, например, со своей л-любовницей, – пробормотала Джейн.

Произносить это вслух было больно, но нельзя же быть наивной. Да, лорд Эванс говорил, что у него нет своей миссис Конклин, но ведь он же граф, аристократ… Она прочитала достаточно колонок со светскими сплетнями, чтобы понять: в кругу этих людей любовницы – вполне обыденное явление.

– У него нет любовницы, – заявила Кэт.

– Ты не можешь это знать.

– Маркус знает.

– Ну… тогда, возможно… – Джейн умолкла, пытаясь придумать еще какую-нибудь причину.

– Кроме того, у Алекса нет любимой собаки, которая умерла, нет огромных карточных долгов… и всего того, что ты сейчас, возможно, придумаешь. – Кэт подалась вперед, глядя прямо в глаза подруге. – Он даже не остался, чтобы посмотреть на ребенка, – представляешь, Джейн? Маркус очень удивился и немного обиделся. Ничего нам не сообщив, Алекс уехал следующим же утром после рождения Уильяма… и после того, как вы с ним провели ночь в замке.

– Но я… – Джейн не знала, что сказать. Следовало срочно отвлечь подругу. Она посмотрела на Уильяма, но тот, к несчастью, безмятежно спал. Неужели этот младенец никогда не плачет?

Кэт прикоснулась к ее руке и добавила:

– Дорогая, я очень хочу, чтобы вы с Алексом были счастливы. Но пока, увы, вы оба несчастны.

– Полагаю, ты ошиба… – Джейн внезапно умолкла; она поняла, что устала спорить. К тому же, подруга была права: она действительно была несчастна, и теперь ей все чаще казалось, что она уже никогда не станет счастливой.

– Есть и еще кое-что… – продолжала Кэт.

– Что еще? – удивилась Джейн.

К счастью, Уильям наконец забеспокоился. И Джейн подозревала, что и герцог с миссис Хаттинг тоже начали беспокоиться, – Кэт отсутствовала уже довольно долго.