— Понятно…

— Мы сейчас поедем есть наггетсы. С мамой и дедом…

— Вы молодцы.

— Он уже нас ждет, — отзывается ее мать. — Попрощайся с Тайсоном…

— Пока, Тайсон…

Ее ладонь, все это время скользившая по шее Тая, делает еще несколько заходов, после чего Карина надевает на нее перчатку.

Оставаясь на месте, я слежу за тем, как они уходят по дорожке. Мой кобель изо всех сил хочет рвануть следом, но я лишаю его такой возможности.

Десять минут спустя мы возвращаемся в машину. Еще через полчаса я добираюсь до дома, где загружаю миски Тая кормом. У меня остается время на то, чтобы принять душ, выпить кофе и немного поработать.

К тому времени, как за окном начинает темнеть, я снова в машине. На этот раз поездка заканчивается во дворе престижной многоэтажки в центральном районе города. Меня впускают во двор, затем в дом. Я осматриваюсь, потому что здесь впервые. Впервые в жизни вхожу в квартиру, дверь которой для меня гостеприимно распахивают, как только я перед ней останавливаюсь.

Карина одета в тонкое платье до колена, золотистые волосы переброшены на одно плечо.

Умная. Немного гордячка. Немного избалована. Примерно такие выводы я сделал, увидев ее впервые. Они близки к истине. Каждый из них. Но, кроме этого, в ней еще много чего намешано.

Все, что я ищу в женщине, я уже нашел.

Именно этот факт разбавляет мою кровь порохом.

Как и тот, что я женат на этой женщине уже три дня.

Новость, которая мою семью встряхнула бы до основания, но я отодвинул свою родню в сторону в тот момент, когда решил, что знать об этом пока никому не обязательно. Знать о том, что в тридцать пять я наконец-то женился, пока никому не обязательно.

Об этом не знает никто, кроме нас двоих.

Кажется, для меня и Карины Балашовой оставлять все лишнее за скобками — единственный способ не переломать нашим отношениям ноги.

Все лишнее — за скобки. Только я и она. И больше никого. В этом тесном непосредственном контакте и так до хера подводных камней. Начиная с того, что мы разные, как день и ночь. В привычках, во взглядах, в воспитании. Заканчивая тем, что их соприкосновение время от времени приводит к херовым последствиям. Ведь я не могу назвать себя святым. Я абсолютно не святой.

Я вхожу в квартиру, и Карина берется за замок на моей куртке. Расстегивает его, сосредоточенно глядя на мой подбородок.

Проявленная забота обухом бьет по голове.

До встречи в парке я не видел свою жену с тех пор, как мы расстались в отделении городского загса три дня назад. Я женился, как двадцатилетний пацан. По справке о беременности. И я сделал это, потому что никогда в жизни не хотел так, твою мать, жениться.

Я приподнимаю ее лицо, держа за подбородок.

Склонив голову, оставляю поцелуй на ее губах.