— А когда ты своего черта разрезал, не помнишь?

— Чего ж не помнить? Двадцатого августа, еще жарко было…

— Двадцатого?! — ахнул Дятлов. — Точно?!

— А что тут особенного?

— Да то, что как раз двадцатого Черенко объявился в городе! Трех бомжей в клочья порезал, причем в ранах щепки от музыкального инструмента остались, может, как раз от гитары! Мистика какая-то! — Капитан осекся. — Постой, постой, что за ерунду я несу? Ты меня совсем заболтал! Какое отношение твои татуировки имеют к реальной жизни? У Черенко этот шрам от побега остался, когда его как мертвеца из зоны вынесли!

— А я что? Я только сказал, что распорол своего чертяку точно так: сверху вниз, вдоль всего туловища… И с Софьей все совпадает: она мне говорила, что ее хочет убить кто-то, похожий на черта…

Капитан насторожился.

— А ты ее когда видел?

— Давно. Это мне ее картинка сказала. Ну, в смысле, татуировка. Вот эта, на боку…

— Хватит пить, Володя, а то мы уже заговариваемся! — Дятлов отставил недопитую водку. Правда, это была уже вторая бутылка.

— Давай спать. Утро вечера мудренее.

* * *На следующий день Дятлов позвал Волка с собой на работу.

Первым делом он включил компьютер и проверил список лиц, находящихся в розыске. Затем, получив пароль, просмотрел интерполовские досье тех, кто находится в международном розыске.

— Владимира Волкова никто не ищет, — наконец сообщил он.

— Что ж, это хорошая новость, — кивнул Волк.

— Теперь возьмемся за плохие, — сбалансировал впечатление капитан и вывел на монитор суточную сводку происшествий.

— Так, так, так, — пальцем с криво подстриженным ногтем он вел по строчкам сверху вниз. — Вот оно!

— Что?

— На улице Широкой, в районе дома шестьдесят восемь, в результате драки четверых неизвестных одному из дерущихся причинен тяжкий вред здоровью, от которого последний скончался, — значительным голосом прочитал Дятлов.

 — Остальные дерущиеся с места происшествия скрылись. Задержанных по «горячим следам» нет. Расследование ведет Центральный РУВД…

— Хорошо хоть примет нет, — со вздохом произнес Волк. — Так и виноватым можно оказаться…

— Запросто, — кивнул Дятлов. — Никто не вспомнит, как этот гад ножом махал. Может, ножа вообще не нашли.

Остается превышение пределов необходимой обороны — в самом лучшем случае. А в худшем — тяжкий вред здоровью, повлекший смерть! И все по закону. Вот так-то!

— Что ж это за законы такие?! — возмутился Волков. — Он же конкретно хотел тебе по глазам полоснуть да все лицо изрезать!

— Это его Черт послал. Черенко, в смысле. Тот любит рожи… в смысле, лица резать… Кстати, второй, который убежал, ему точное местожительство генеральской жены обозначит…

— Так надо предупредить!

— Конечно. Я вызвал ее по повестке.