Главный же самец, очень довольный педагогическим маневром, кокетливо пустил рябь по медноцветным иголкам и развернулся к женщине, всем видом показывая: действуй, ты знаешь что делать.

О да. Оля знала чего от нее ждут. Чесать пришлось не только кожистый валик над бивнем, но и надбровные дуги. Это было забавно, а главное – познавательно. Глаза у Свапа были такие же, как у Тыри: вся склера была оранжево-алой, видимой радужки не было совсем – только зрачок, как нарисованный черной тушью наклонный росчерк. Вожак был в эйфории – то один, то другой глаз прикрывался чешуйчатым веком.

А еще зверь временами шумно выдыхал и это сильно смахивало на неудачный чих. Оля ласково посмеивалась и выговаривала:

– Ну и здоров же ты, Свап! Не сопи так, меня сносит.

Вожак нарочно фыркал посильнее и женщина опять тихо смеялась.

Чесать нгурулий бивень деревянным пинцетом (Пашка героически добыл его из караулки, оккупированной нежитевидным кастеляном) оказалось куда удобнее, чем давешней гибкой иголкой. А главное – эффективнее. Свап временами проседал задними лапами – от удовольствия забывал стоять.

На нетерпение младших, жаждущих приобщиться к блаженству, Свап своего царственного внимания не обращал.

Идиллию в отдельно взятом зарешеченным помещении нарушило появление начальства. Наездник материализовался совсем рядом и совершенно внезапно. Для Оли, но не для Свапа. Тот натурально потешался над своим раздраженным другом. Приглушенное урчание вполне можно было принять за хихиканье, да такое заразительное, что даже Пашка, увлеченный забавами с Тырей, обернулся посмотреть."

"Раим действительно был несколько не в своей тарелке и этот раздрай мешал ему сосредоточиться на делах.

В его сознании никак не срастались два наблюдения – его помощница не соизволила явиться к нему на доклад, и ничем не объяснимое довольство, можно сказать, кайф Свапа, которое лавэ ощущал даже сквозь обычную дежурную отстраненность. Сливаться сознаниями со зверем в обыденных обстоятельствах весьма неразумно, это каждый наездник познает на горьком опыте. Значит, нужно просто пойти и посмотреть, чем там занята его неординарная сотрудница и почему она и его зверь ощущаются в непосредственной близости друг от друга.

Картину, которая предстала перед Раимом в вольере следовало запомнить в деталях, чтобы потом, под бокал крепкого, показать герцогу: этот проходимец Свап перехватил его, лавэ, помощницу, и балдеет. А она, помощница, за сегодняшнее утро раз двадцать нарушила субординацию, и даже не думает смущаться. Впрочем, Раим уже и не сердился, как-то враз осознал – все, что так удручающе неправильно сделала Ольга, привело к наилучшему результату.