Между прочим, аппаратура может быть предельно компактной, ее нетрудно распихать по карманам, скрыть под одеждой, иные передатчики, предназначенные для короткого условного сигнала, вовсе уж миниатюрных размеров: взял предмет, по внешнему виду неотличимый от авторучки, прижал колпачок – и рванулся в эфир сигнал, а через пару секунд хитрая электроника самоуничтожилась, пахнуло горелым – и никаких конкретных улик…

– Мадлен? – отчего-то сразу пришло ему в голову.

– Версия, что скрывать, соблазнительная, – сказал Лаврик. – Но представляется ошибочной.

Поскольку я уверен, что ты будешь молчать, как рыба, могу сказать правду: это вторая передача. Первая имела место неделю назад, когда на «Сириусе» Мадлен не было, вообще никого постороннего не имелось…

– Подожди, – сказал Мазур, сразу забыв о своих мелких обидах. – Выходит, он среди…

– Вот именно, – сказал Лаврик. – Среди здесь. Среди тех, кто поименно обозначен в судовой роли. Из Союза плывет, сволочь. И решил, что пришла пора сообщать о достижениях.

– Докладывает о…

– Хрен его знает, товарищ старший лейтенант… – с застывшим, злым лицом протянул Лаврик.

 – Решительно неизвестно, что это – то ли примитивный, заранее оговоренный кодовый сигнал, то ли развернутый рапорт о нашей жизни и работе…

– Прекрасно, – сказал Мазур. – И вы моментально ломанулись ко мне? Учитывая мой запятнанный послужной список? Нашли подходящего кандидата, а?

– Ну, не преувеличивай, – с некоторым смущением сказал Лаврик. – Тут, видишь ли, имело место неуклюжее стечение обстоятельств – нашелся человек, который видел, что именно из твоего иллюминатора свисало нечто вроде тоненькой незакрепленной антенны… Ясно? Ну, мы сгоряча и… Если тебе это облегчит самочувствие, считай меня сволочью, перетерплю.

Но я лелею надежду, что ты все же поймешь мое положение. На корабле «подснежник», сука, «крот», а я могу лишь уныло констатировать факт. Чтобы провести на судне вроде «Сириуса» толковый, всеобъемлющий обыск, понадобится не менее роты спецов. Взять мне эту роту неоткуда, да и потом нас интересует даже не техника. Мне нужен человек. Но ущучить его при моих нынешних возможностях – нереально. Если у него еще что-то осталось, – а я уверен, осталось, – при малейшем признаке опасности выбросит все за борт и затаится. Изволь подкарауливать его до второго пришествия… Ну как, сильно обиделся?

– Да ладно, – сделав над собой усилие, сказал Мазур. – Перетерплю. Значит, «крот»…"

"– Ага. Внимание к нам приковано. И, как легко понять, механизм совершенно неизвестен: то ли знают уже что-то конкретное, то ли рутинно решили присмотреться.