— Вопрос, который вы мне только что задали, возможно, был сформулирован окружным прокурором Лос-Анджелеса при попытке проверить какую-то версию в деле, которое он ведет. И он может подойти к моему ответу чисто технически. Я даже не могу представить последствия этого.

— Но вашу клиентку никто не обвиняет в убийстве ее дяди, Уильяма Делано. Ее обвиняют в убийстве Гортензии Пэкстон.

— И это приписываемое ей убийство помогло ей получить большую часть имущества Делано?

— Насколько я понимаю — да.

— Тело Уильяма Делано не эксгумировано?

— Нет.

— Почему?

— Потому что он умер естественной смертью.

— Откуда вы знаете?

— Этот человек был тяжело болен. Он умирал уже много месяцев.

— Разве умирающий человек не может быть отравлен? У него иммунитет к яду?

— Вы намекаете, что ваша клиентка отравила Уильяма Делано?

— Боже праведный, конечно, нет, — воскликнул Мейсон. — Я знаю, что она этого не делала.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я знаю, что она вообще никого не травила.

— Она отравила Гортензию Пэкстон, — напомнил Халдер. — И она могла отравить Эдварда Дейвенпорта.

— Ой, бросьте! — воскликнул Мейсон.

 — Вы выдвигаете ничем не подтвержденные обвинения.

— У меня есть сведения, мистер Мейсон, которые подтверждают это обвинение.

— Сведения, которых нет у меня?

— Конечно.

— И это, разумеется, снова осложняет ситуацию, — заявил Мейсон.

— Я вам задаю простые вопросы, а вы тут в кошки-мышки со мной играете! — не выдержал Халдер.

— Я не играю в кошки-мышки, — не согласился с ним Мейсон. — Я прошу вас поставить себя на мое место. Вы стали бы отвечать на вопросы, связанные с правом на имущество?

— Я не могу поставить себя на ваше место.

И не могу вам ничего советовать. У меня своих проблем полно, о которых нужно беспокоиться.

— Вот именно, — кивнул Мейсон. — Поскольку я не могу положиться на ваш совет, поскольку вы боитесь взять на себя ответственность…

— Кто боится? — перебил Халдер.

— Вы, а кто же еще? — посмотрел на него Мейсон.

— Я ничего не боюсь! — рявкнул Халдер и покраснел. — Но я не уверен, что мне нравится ваше отношение к делу.

— Перестаньте! — дружелюбно произнес Мейсон. — У нас с вами разные официальные позиции, но давайте не допускать, чтобы наши дела влияли на наши личные отношения, господин прокурор.

Я просто заметил, что вы в вашем положении боитесь брать на себя ответственность, чтобы советовать мне…"

"— Я не боюсь брать на себя ответственность!

— Значит, вы готовы мне советовать?

— Конечно, нет. Я не в том положении, чтобы советовать вам. Я представляю правоохранительную систему штата Калифорния. Я представляю этот округ. Вы представляете клиентку. Вы должны сами решать, какие у вас обязанности в этом случае.