О его роли в операции я еще расскажу… Главное управление по борьбе с преступностью выставило группу «Харон», действующую совместно с «Грозой». Милиция привлекла отряд «Принцип», а Генпрокуратора – «Закон». Министерство обороны прислало по наши души ДДО… э-э… десантно-диверсионный отряд «Анальгин». И наконец, там оказалась группа, которую мы не смогли опознать.

Рыков, пристроившийся с краю стола, поднял голову.

– Предположительно это зондеркоманда «СС», усиленная профессиональными киллерами. Данные уточняются.

– Жертвы?

– У нас ранен мой телохран и ганфайтер Балуев.

Среди нападавших до полутора десятков ранены и… трое убито. Не нами. Один из них – командир ДДО «Анальгин» Пауль Кийк. Кстати, сотрудник эстонской внешней разведки.

– Во всем этом странном деле чувствуется очень опытный режиссер, – сказал комиссар-три. – Возникают два вопроса. Почему, несмотря на решение Совета безопасности о координации действий зондеркоманд, предназначенных для уничтожения «ККК», каждая силовая инстанция предпочитает работать отдельно? И второй: почему ни одна из команд не знала о готовности других к точно такой же операции? Кто столкнул их лбами? Зачем?

– Это уже не два, а четыре вопроса, – сдержанно прокомментировал Громов.

– Но у меня пока нет ответов на эти вопросы. Валерий Егорович, расскажите подробней об участии в деле Балуева и Соболева.

Шевченко, стараясь быть объективным, поведал комиссарам историю появления Соболева в составе штурмовой группы и о происшедшем бое между ним, Василием Балуевым и командиром «Анальгина» Кийком.

С минуту после этого слушатели молчали, переваривая услышанное, потом Боханов проговорил:

– Значит, если бы не то обстоятельство, что Балуев и Соболев – друзья, все могло бы закончиться иначе? Белоярцев и Соболев захватили бы вас?

– Вряд ли.

– Но ведь они «супера» и «абсолюты»…

– Я тоже не разрядник по лыжам, – огрызнулся комиссар-пять, – и всегда подстраховываюсь. Если бы нас попытались взять на огневом контакте, я взорвал бы коридор, в стенах которого спрятаны унитар-заряды направленного действия. Но чтобы взять меня, надо очень постараться.

– Хорошо, Валерий Егорович, – остановил его Громов. – К этому вопросу мы еще вернемся.

А сейчас давайте обсудим две проблемы. Одна – ликвидация Генерального прокурора, вторая – расширение «квадрата» за счет нового члена, комиссара-шесть.

– Это еще кого? – в наступившей тишине прорычал Боханов.

– Начальника военной контрразведки Никушина, – спокойно ответил Дмитрий Олегович.

* * *Гусев был вне себя, и Юрген помалкивал в ответ на гневные реплики военного министра, озабоченного проблемой выживания.

– Бурлаков убит! Твоему хваленому Кийку свернули шею! – кричал Федор Иванович.