Повинуясь безотчетному порыву, её руки скользнули по плечам Михаила, а следом обвились вокруг его шеи. Она была так восхитительна в его руках, в этой невинной попытке соблазнить его, и он наверняка сошёл с ума, валяясь на полу, в подсобке, и позволяя себе подобное, словно мальчишка…

Телефон в кармане его джинсов зазвонил так внезапно и настойчиво. Не узнать эту мелодию Михаил не мог. Сын. Не дождался, пока горе-отец додумается позвонить сам…

— Алексей? — на выдохе проговорила девушка, теперь пытаясь неловко подняться с пола.

— Да, — Михаил придержал её, помогая безопасно встать и не пораниться стеклом, — стоишь?

— Стою…

— Осторожно… — Громов принял вызов и приложил телефон к уху, — здравствуй Лёш. Почему так долго бегал? Куда бегал?..

Глава 14

— Я носился по магазину за покупками? — Михаил с подозрением посмотрел на Наталью.

Она только деловито принялась наводить порядок в куче старых коробок, и вскоре рядом с ним раздался оглушительный грохот — самая тяжёлая не удержалась и свалилась на пол, рассыпая содержимое. Громов прикрыл мобильник, понимая, что сын прекрасно всё расслышал, и взволнованно кивнул девушке, забившейся с перепуга в дальний угол:

— Жива?

— Жива… — пискнула Наталья.

— Что упало?.. — Михаил прокашлялся в кулак, — это Вениамин…

Алексей хмыкнул:

— Чем ты его кормишь? Ты точно в порядке? Не зашиб?

— Нет, по касательной прошёл… — пробормотал Громов старший.

— Так что ты там, говоришь, покупал? — вкрадчиво поинтересовался сын.

— Да так, мелочи, — Громов постарался придать своему голосу невозмутимости, но выходило отвратно, а стоящая у окна девушка никак его сосредоточенности не способствовала.

Он до сих пор ощущал недавний поцелуй, и закусил губу, слушая сына и теперь подходя к двери.

— Ничего ценного не потерял?

— Где? — удивился Михаил.

Нужно покопаться в инструментах и попытаться открыть дверь, благо она была не сильно крепкой, вполне возможно выломать. Скоро совсем стемнеет, и сидеть в пыльной подсобке было малопривлекательно, даже в компании очаровательной гостьи…

— Под ёлкой, — продолжил поддразнивать сын.

Михаил снова глянул на Наталью, и она виновато улыбнулась в ответ.

— Всё ценное при мне…

— Вот как? — оживился Алексей, — ты там часом не в подсобке застрял, а отец?

— Вовсе нет, — проворчал Громов и потянулся за инструментами, — в гостиной, пью чай с Вениамином.

— И как он предпочитает? С молоком? Вижу, тебе и правда там весело.

— Ещё как! — хмыкнул Михаил.

— Точно не в подсобке? — потянул сын.

Отвратный из отца выходил актёр, и молодой человек только усмехнулся, выше подтягивая ворот тёплого свитера. На лицо мягко опускался снег, тут же таял и щекотал кожу.