Мать, теперь я знаю, что приемная мать Кости все-таки добилась своего. Мария Старостова наглоталась снотворного, и в этот раз ее не откачали.

Костя узнал первым. Ему позвонили на мобильный из больницы в пять утра. И первая фраза, которую он произнес, была:

– Черт, как же не вовремя.

Я потрясенно смотрела на мужа. Неужели он ничего не чувствовал? Да, я знала его историю, но эта женщина не просто споткнулась, не простудилась, она умерла. Любой человек, даже такой, заслуживает скорби… или нет?

– Кость, что будем делать? – позвала я мужа. Он уже набирал чей-то номер, стоя ко мне спиной.

– Ничего, малыш. Артем все устроит. Поспи, еще рано, – он вышел из комнаты, чтобы переговорить, как я поняла, со своим юристом.

Но разве можно уснуть, когда тут такое происходит. Я проверила Соню, которая сладко посапывала во сне, оправдывая свое имя, потом приняла душ и привела себя в божеский вид.

Костя уехал, удиви меня приготовленным завтраком. Он просил меня не выходить из дома и никому не открывать двери, словно я маленькая девочка и не поняла шаткость ситуации, в которой мы оказались. По вине Кости…. Еще вчера, там, в офисе, я его ненавидела, была уверена, что никогда не прощу.

Я и сейчас злюсь. Боже, да я зла, как черт, напугана, просто в отчаянии, но никогда Костя не был мне так близок, так понятен, как сейчас. Я не могу допустить даже мысли, что могу его потерять. И он, он не должен нас потерять. Слишком много горя ему пришлось вынести, прежде, чем обрести нормальную, полноценную семью.

Целый день я была, как на иголках, стараясь держаться ради дочери. Я выполняла все наши привычные ритуалы, как запрограммированный мама-робот. Мы умывались, кушали, читали, лепили, танцевали, снова кушали и так по кругу.

Обычный день молодой мамочки. Но мысли мои витали где-то далеко, беспокойство и тревога не оставляли ни на минуту. Костя вернулся, когда я уже уложила Сонечку спать, а сама с бокалом вина сидела на кухне, глядя в окно.

– Успокаиваю нервы, – я помахала бокалом, когда Костя вошел в кухню. Он был совершенно измучен, потухший взгляд, запах алкоголя, не сильный, но все-таки… – Ты тоже, смотрю, – кивнула я.

Костя сел на стул передо мной. Потянув руку коснулся моей щеки, глядя с такой дикой тоской и обреченностью, что у меня заболело сердце.

– Ты меня убиваешь своим видом, – прошептала я, – Что еще случилось?

– Завтра, девочка. Ты уезжаешь завтра, – наклонившись он ткнулся лицом в мое плечо, я инстинктивно зарылась пальцами в его волосы. До меня не сразу дошло, о чем он.

– Что? Куда?

– Придется сделать несколько перелетов, чтобы спутать следы. Конечно точкой станет Флорида.

– Америка. Ты все-таки договорился с Эвансом? – я оттолкнула Костю, яростно глядя в полные боли зеленые глаза.

– Нет. Точнее, в том, что касается бизнеса, мы сошлись.