Неизвестно почему мест для физподготовки категорически не хватало — может быть дело было в ремонте огромного спортивного комплекса, что должен был закончиться со дня на день, или же в неправильно составленном расписании, но что было, то было. Старшим курсам приходилось, пока что, заниматься в тренажерке, зале и бассейне одного из общежитий.

Не знаю, радовало их это или нет — мне было как-то все равно. Вход туда был свободный, вахтер дежурил в другой стороне, особо не интересуясь теми, кто пытался проникнуть в одну из раздевалок. И не знаю, кто еще из «левых» студентиков частенько пользовался этой дорогой, однако же меня, такую маленькую и незаметную, все вполне устраивало, ибо к Игорьку приходилось наведываться часто.

Вот и сейчас, громко прошлепав подошвами кед по паркету первого этажа, я спустилась на цокольный этаж и, приникнув к приоткрытой двери, заглянула внутрь спортзала… и натурально сползла по косяку, едва сдерживая смех.

Липницкий был застигнуть моим зорким глазом именно в тот момент, когда взобрался-таки на самую верхушку каната, что висел на высоченном потолке!

Вот, блин… обезьянка белобрысая!

Тихо хихикнув и показав другу большой палец, скользнула за дверь, так и оставшись незамеченной для его преподавателя и одногруппников. С трудом сдерживая смех и представляя, как же теперь стану величать этого орангутанга- переростка, скользнула в раздевалку, чьи двери располагались аккурат напротив зала и, ухватившись за лямки рюкзака, внимательно осмотрелась.

Замечательно!

Обе двери, в мужскую и женскую «обитель обнаженных, потных тел» оказались открытыми, и я тихо скользнула по привычному маршруту…

То есть скользнула бы, если бы не одно «но». Ручка двери мужской раздевалки оказалась выпачкана чем-то белым и вязким, по ходу увлажняющим кремом, жирным настолько, что я невольно поморщилась, почувствовав его прикосновение к своей ладони.

Не знаю уж, кто из женской половины группы Игоречка решил так подшутить (или отомстить), но шутка была явно не самая оригинальная. Брезгливо скривившись, я машинально прислушалась к звукам, доносившимся извне и, тряхнув испачканной ладонью, потопала в сторону душевой, что находилась в противоположенной стороне от раздевалок.