И снова этот проклятый баланс, который пока что мне нелегко давался.

Стойка должна была иметь энергию, силу и свободно позволять мгновенное действие, но не должна была быть неудобной или напряженной, или стеснять движения. Именно от подвижности зависели координация, точность и скорость.

— Стойка — фундамент, на котором мы сражаемся и применяем приемы, — оповестила меня система, и как бы в подтверждении ее слов мой противник занял «высокую стойку», в которой он мог нанести удар мечом вертикально, диагонально, или горизонтально с почти одинаковой легкостью.

Я тоже удерживал оружие в «позиции готовности», рука — под сорок пять градусов, выше лба, так, чтобы навершие было в поле периферического зрения.

Лезвие направлено вертикально вверх, эфес «нацелен» на противника. Моя рука была готова ударить, но при этом я попытался поймать это ощущение между напряжением и расслабленностью.

Вспотел на третьей минуте, а это мы еще драться не начали.

Выставил ногу со стороны щита, сохраняя тело за ним, и удостоверился в том, что бедра свободно поворачиваются. Из этой позиции сделал маневр, шагнув с правой ноги, и замахнулся клинком назад, чтобы добавить удару мощности.

Проходящий шаг с целью добавить силы. Работать с ногами, кстати, помогал боксерский опыт. Я был устойчив, но при этом легок, и мог обеспечить себе максимальную быстроту.

Отсюда уже просто поднял меч плечом и нанес рубящий удар, который тут же снизу блокировал щит моего соперника. А дальше уже мне прилетело сбоку, еле успел увернуться. Снова помогла быстрота ног и корпуса.

В следующий раз увернуться не успел. И в следующий. Потом два «раунда» осталось за мной. А потом серия поражений как в этом упражнении, так в следующих.

Была шальная мысль снизить сложность, но вместо этого, я, наоборот, ее увеличил, создав одновременно двух противников. Мне нужен результат, что-то конкретное и действенное, рекорды по твердости духа и сознания на потом отложим."

"Практически не чувствуя половину тела, через три часа остановил симуляцию и вышел из зала. Теперь-то точно можно поесть.

На кухне сидела только Эбби. Что-то чертила в своей тач-панели, время от времени попивая чай из большой дымящейся кружки.

— Ты с каждым разом появляешься из операторской все более помятым, — поспешила она прокомментировать мой внешний вид.

— Что там с тобой кресло делает?

— Я уже из зала, — пропыхтел я и поставил разогреваться пиццу. — Там меня учат владеть мечом.

— Хорошо, что пока не придумали симуляций с настоящим оружием. А то бы мы тебя уже недосчитались, — Эбби допила свой чай и, пожелав мне спокойной ночи, удалилась в свою комнату.

Первое, что я сделал утром — проверил криминальные сводки и списки разыскиваемых преступников Авангарда.