Глядя на ее счастливое лицо, я чувствовала, что все, что я делала, все что мне пришлось пройти, испытать и раскрыть о себе и в себе… Все это было не напрасно.

Рейнард медленно, но уверенно шел на поправку. Его рана заживала, хотя я по-прежнему настаивала на перевязках и обработке дважды в день. Он, конечно, ворчал на это, называя меня излишне заботливой, но я знала, что он это делает скорее для вида. На самом деле, он не возражал против моего присутствия. Иногда я ловила его взгляд, полный тепла и какой-то странной задумчивости, когда мы оставались наедине. Эти моменты сближали нас все больше, хотя я старалась не терять голову. По крайней мере до поцелуев у нас больше не доходило…

Кроме того, я продолжала наблюдать за состоянием Тода. Лекарство, которое оставил мне Маверик, оказалось на удивление эффективным, а флакон был довольно большим, поэтому я решила, что будет не лишним использовать его и для него. Это тоже стало подспорьем, и рана Тода теперь выглядела куда лучше. Я уже даже разрешила ему понемногу ходить по дому, но только под строгим присмотром Агаты.

Не забывала я навещать и Томаса, которому помогала с переломом. Рейнард, конечно, не хотел отпускать меня одну, даже несмотря на то, что преступников, которые были связаны с Бродриком, наконец всех поймали. Поэтому меня сопровождали Бэни и еще несколько человек из его людей.

Его мама и бабушка каждый раз встречали меня с таким восхищением и искренней радостью, что это весьма смущало… А вскоре и многие деревенские стали подходить ко мне за тем или иным советом… Так я начала замешивать мази он натоптышей, лечить вросшие ногти, вспоминать, как выводить вшей, а апогеем стало средство от глистов…

Кажется, работы здесь мне предстояло немало. А ведь в окрестностях не одна деревня!

Впрочем, как бы странно это ни звучало, но я была рада тому, что здесь были те, кто нуждался в моей помощи. Конечно, я не желала людям болезней, но неизменное чувство правильности моего пребывания здесь крепло изо дня в день…

***

Вечер накануне праздника выдался тихим. Наверное первым тихим вечером за последние несколько дней. Дом, который все эти две недели был полон суеты, наконец затих, словно затаив дыхание в ожидании завтрашнего дня. Я сидела в комнате Рейнарда, меняя ему повязку.

– Рана заживает хорошо, – сказала я, аккуратно обматывая его плечо чистым бинтом. – Думаю, через пару недель ты уже совсем забудешь об этом.

– Забуду? – переспросил он с легкой усмешкой. – Сомневаюсь. Это будет напоминанием о твоей настойчивости и профессионализме. Неумолимом профессионализме.

Я бросила на него строгий взгляд, но не смогла сдержать улыбку.

– Не думаю, что это худшее напоминание, – ответила я.

Он слегка наклонил голову, наблюдая за мной.