Воспитание?! О каком воспитании ведется речь в среде магов?! Это только в высшем обществе эти привилегированные господа и леди становятся истинными аристократами, а здесь они — обычные язвительные снобы, не видящие дальше своего носа!

Девушка среагировала моментально, вцепившись мне в волосы. Мы кричали, не желая отпускать друг друга. Однокурсники пытались нас разнять, но в итоге один из них заехал Орсу в нос. Тот не стерпел и откинул оппонента некрошаром в стену. Раздался глухой звук, положивший конец шуму в аудитории.

Я откинула от себя Ильнессу, наспех поправила прическу и направилась в сторону выхода. Когда уже практически дотронулась до ручки, дверь распахнулась, и на порог ступил высокий черноволосый мужчина с сильной подавляющей аурой, присущей только одним представителям нашего мира. И каждый из нас её ощутил на себе.

— Демон… — раздались голоса однокурсников.

Студенты, включая меня, инстинктивно сделали шаг назад, вжав головы в плечи. Жители Подземного царства отличались радикальными методами решения проблем. И сейчас все сокурсники поняли, что он меня может убить на месте, а их — за компанию. И никакие угрызения совести его мучать не будут.

Боги, не приведите светлого в темную обитель чем-то оскорбить демона — в лучшем случае он подавит твою волю, заставив действовать на его усмотрение, в худшем — даже без дуэли сломает хребет. И какой из вариантов развития событий уготован мне?

Мужчина, откинув прядь волос, выбившуюся из небрежного хвоста, закрыл за собой дверь, но не успел сделать еще хотя бы одно движение, как магия, окутывающая дверь, рванулась к нему, оплетя его правое запястье.

Я вскрикнула, посмотрев на свою руку, где уже начал распускаться узор брачной татуировки. Тонкие полоски сначала зависли в воздухе, а потом стремительно опустились на кожу, оставляя несмываемый след. Они двигались, словно живые, и я несколько мгновений зачарованно наблюдала за ними, пока рисунок не замер.

— Что здесь происходит?!

Голос незнакомца, по воле злого рока ставшего мне мужем, разлетелся по аудиторию. Демон был напряжен. Густые черные брови нависли над глазами, выдавая гнев, а чувственные полные губы были сжаты в тонкую линию. Казалось, еще минута и лицо с правильными чертами лица исказит гримаса гнева. Именно этого момента я и боялась. И даже подтянутая широкоплечая фигура демона пугала меньше, чем аура силы, исходящая от него.

— Святые мученики… — прошептала я, делая еще один шаг назад.

— Кажется, кому-то всё же придется принять обет безбрачия, — пространно прошептал кто-то из однокурсников.

Меня же даже последствия спора сейчас не волновали.