Сжимает пальцами мою талию, помогать перекатиться через него и встать на ноги. Сам же встает следом за мной. Сердце счастливо сжимается, потому что это значит, что он принял мое приглашение? Да? И он правда идет за мной.

Мы почти успеваем дойти до ванной комнаты. Я почти успеваю поверить в то, что все будет хорошо. Но его телефон вдруг раздается трелью. Оборачиваюсь. Вижу, что Михаил хочет проигнорировать звонок, тянется к телефону, лежащему на столе. Но когда хочет скинуть вызов, то его рука замирает. Лицо приобретает серьезное выражение. Это значит только одно — никакого совместного душа не будет. Обида и разочарование охватывает за секунду. Обхватываю руками плечи. Медведь бросает на меня взгляд, скользит им по лицу. Уверена, что я не смогла скрыть разочарования, и он все понимает. Наверное, поэтому произносит следующее:

— Это Майя, — и принимает вызов.

Вот здесь сердце начинает колотиться сильнее. Что-то случилось? Она узнала? Ник что-то опять сказал?

Пальцы приходится сжать в кулаки, потому что они начинают подрагивать.

— Что? Майя, ты можешь не всхлипывать и нормально сказать?! — Михаил повышает голос, лицо моментально приобретает уже знакомое выражение. Он зол.

Я же в ужасе пытаюсь понять хоть что-то из его слов. Что-то случилось. Точно случилось.

— Где ты находишься?! — Снова громко. Но раздражения в голосе не слышно. Михаил пытается контролировать и у него это получается. — Номер участка! Прекрати плакать. Скажи этому ублюдку, что своими погонами он…

Михаил стискивает зубы, оборачивается на меня, быстро мажет взглядом. Я вижу, насколько он зол. Господи, что же там произошло? Какой участок?!

— Все, я не кричу, успокойся, — Михаил выдыхает, сжимает телефон так, что тот начинает потрескивать, — скажи, что сейчас приедет твой адвокат, ни на какие вопросы не отвечай. Я скоро буду. Да, я выезжаю.

Когда Михаил заканчивает разговор, я резко срываюсь с места. Внутри все колотит от переживаний.

— Что случилось? — Голос дрожит, я вообще не уверена, что он будет мне что-то отвечать.

Михаил резко разворачивается в мою сторону. Я хочу отшатнуться, потому что его взгляд… пугает. Но я остаюсь на месте.

— Они с этим ушлепком… в аварию попали. Майя в участке. У нее истерика. Я нихера не понял по телефону.

— Господи, с ней все хорошо? — Чувствую, как по коже пробегается холодок, от щек отливает краска, — а что, если она пострадала? Может ей вообще в больницу нужно было. Что, если… — Я начинаю заикаться, слова не выговариваются. Михаил сжимает меня за плечи, встряхивает.

— Соня, посмотри на меня, — чеканит, и я подчиняюсь, смотрю в его глаза.

— Я уверен, что с Маей все хорошо. Я сейчас поеду в участок. А ты позвони ей, только не забывай, что ты ничего не знаешь. Может у тебя получится ее успокоить.