Видно, что такие женские поведенческие метаморфозы Владислав Алексеевич не приветствует, но кто сказал, что будет легко?...

- Красивая у вас… семья, - киваю на «обстоятельство», не сводящее с нас подведенных ярким макияжем глаз.

Тут же ругаю себя за абсолютно нелогичную ревность, а Отец будто в крестики-нолики выигрывает. Сам себе кивает и прячет ладони в карманы брюк.

- Я специально вчера так сказал, чтобы долго не объяснять. Это ведь общая формулировка…

- Ой, что вы? Не утруждайтесь и сейчас.

Он нервно дергает плечами. Мол, я и не собирался. Нагло на меня смотрит.

- Красивые у вас… брюки.

- Взгляд Влада скользит от выреза на топе к моим ногам.

- Я думала, вы больше по юбкам.… - вновь не сдерживаю легкой претензии.

- Виноват.

Обернувшись к своему столику, еле заметно кивает спутнице.

- Я по юбкам. Как-то исторически так сложилось…

Вот ведь…

Хватаю свой бокал и жадными глотками пью. Влад делает шаг и по-хамски отбирает его, отставляет в сторону. Разливает, марает белоснежную скатерть.

- Это что за…

- По-моему, тебе хватит."

"Я захлебываюсь от этой мужиковатой наглости. Да кто он вообще такой?... Сказать ничего не успеваю - Андрей с Колей возвращаются.

Побединский молча пыхтит на Влада, а Попов, видимо, впечатлившийся крепким алкоголем, сдобренным никотином, грубовато обращается:

- Эта дама занята.

Влад прищуривается и, так и не взглянув на моих спутников, открыто мне улыбается. Иронично приподнимает брови.

- Ещё одна твоя секретарша?

- Я.…

- Чё ты сказал? - Попов вскакивает с места.

- Андрей! - тут же рявкаю. - Сядь.

Люди за соседними столиками оглядываются, перешептываются. Только скандала мне не хватало.

Подняв глаза на невозмутимое солдафонское лицо, складываю руки на груди, замечая, что взгляд Отца сразу перетекает туда.

Это какая-то игра, в которой будто бы нет правил. Мне так не нравится, потому что я люблю рамки. Рамки должны быть во всем. В собственном поведении, в воспитании детей, в том, как мужчина смотрит на женщину.

У Влада их нет. Факт.

- Владислав Алексеевич, вас ведь ждут, - напоминаю.

- Да. Я буду здесь, неподалеку…

Чуть позже Попов уезжает. Якобы по срочным делам, но я-то понимаю - решил оставить нас с бывшим мужем вдвоем для воссоединения.

Почему мужчины такие наивные?.

..

Я ловлю легкое разочарование, когда вижу, что Отец со спутницей, прихватив розы, уходит. Это тоже по-мужски. Сказать, что будешь неподалеку, и смыться. Знаю, плавала.

- Как дети, Федь? - спрашивает Коля, отставляя тарелку и перебираясь на стул Андрея.

Чисто инстинктивно отстраняюсь.

- Ты мог бы узнать у них. У Эльзы и Леона есть телефоны. Ты их знаешь.

- Чё ты начинаешь?... Я у тебя спрашиваю.

- Нормально, - качаю головой, но понимаю, что надо как-то налаживать потерянную связь «дети-отец».