Если машину скинули, значит, они в лес ушли. Пешком.

Оборачиваемся.

Голова начинает работать, страх отступил.

Попов ведь вечно палки в колеса вставлял, Федерика жаловалась. Не специально, вскользь. А теперь потащил ее зачем-то в Новгород?... Сама бы она не додумалась.

- Подожди-ка секунду, - говорю Косте.

Номер Льва набираю. Пальцы отбивают чечетку на экране мобильного.

- Да, - отвечает он сонно.

- Как там?

- Нормально всё, - тут же, судя по голосу, собирается. - Спим ещё. Машка ко мне ночью прибежала. Душит всю ночь.

- Терпи теперь. Ну, молодцы, - оглядываюсь и тихо хвалю.

- Вопрос есть к тебе, Лев. Сейчас поднапрягись.

- Хмм.… Хорошо. Я постараюсь.

- Путевку в лагерь кто тебе организовал?

- В лагерь бойскаутов?

- Ага.

- Крестный.

Блядь.

- Ясно, - горько усмехаюсь. - А может, он тебя и сбежать надоумил? - осеняет только сейчас.

Злость к горлу подкатывает. Мешает.

- Нет, - отвечает Лев. - Этому дядя Андрей не учил. Он просто пошутил: если мне сильно надоест, всегда можно по-тихому сбежать. И на карте показал, как это проще и безопаснее сделать.…

Глава 47. Федерика

О наступлении нового дня я догадываюсь, когда в грязное окно под высоким потолком пробиваются первые лучи утреннего солнца.

Они такие яркие и животворные, что в эти минуты мне ещё сильнее хочется… жить.

Жить, чтобы любить: детей, Влада, родителей, с которыми я так редко вижусь. Даже бизнес, которому, оказывается, уделяла слишком много времени и сил, забывая о главном.

Прошлый день забрал так много и так много мне дал. Но самое ужасное - совершенно непонятно, что же будет дальше. И будет ли вообще? От этой страшной мысли по щекам снова катятся слёзы, которые я утираю дрожащими от холода пальцами.

- У тебя осталась вода? - спрашиваю, смачивая пересохшие губы несколькими каплями влаги.

- Глотка на три-четыре… - слышится тихий голос из-за стены. - Берегу пока.

- У меня также, - непроизвольно всхлипываю. - Мы просто умрем здесь от голода и жажды…

Отчаяние накатывает.

Немое, мучительное, страшное.

- Боже.… Что дальше будет?...

Удивительный человеческий организм. В нем почти нет воды, но слёзы каждый раз набегают на глаза. Не иссыхают.

- Не реви, Рик, не трать силы. Я что-нибудь обязательно придумаю. Сука… Подкоп дальше сделать не получается, фундамент мешает.

Могу одно сказать - отличный был бы склад, хрен его когда затопит.

Я горько смеюсь и слабо откидываю голову на перегородку.

- Не надо тебе было за меня заступаться, Андрей.

- Даже говорить об этом не хочу. Вечно ты самая умная, Побединская! - в своей уничижительной манере рявкает Попов, но сейчас даже не раздражает.

- И тем более вступать с преступниками в конфликт. Они могли тебя отпустить, и у полиции появилась бы зацепка, где меня искать. Неизвестно, что теперь с нами будет…

- Нормально все с нами будет. Выберемся.