‒ Светка подходит и тянет меня за руку к двери. ‒ А потом сразу работать. Лис, когда будет?

‒ Сказал, что вечером, сразу из офиса сюда.

‒ Кстати, а чем он занимается? Какой бизнес? ‒ Вышагиваем по коридору в направлении ресторана.

‒ Что-то связано с автомобилями, точно не знаю. Это мне Женька рассказала, а у него самого я не уточняла, да и зачем это мне?

‒ Ладно. Как узнаешь, расскажи.

Молча киваю, желая немного успокоить любопытство Светы, но спрашивать Кретова не намерена. Не хочу, чтобы он решил, что интересен мне с любой точки зрения. Я и так вчера пару раз ловила на себе его нечитаемый взгляд, жадно ползущий по моему телу и останавливающийся на лице. Чувствую себя, как препарированная лягушка под микроскопом, которую с любопытством рассматривают и периодически тыкают соломинкой.

Необходимо избегать встреч с Лисом наедине за территорией отеля. Только здесь и только рабочие вопросы ‒ ничего лишнего. С Марком Захаровичем мы часто ужинали вдвоём, болтая обо всём на свете, и я всегда чувствовала себя комфортно и спокойно. Воспринимала его, как дальнего родственника, готового выслушать и помочь в случае необходимости, иногда помогая советом из собственного опыта пока ещё довольно короткой жизни.

В присутствии же Лиса, всё моё существо вопит об опасности, напряжённо вслушиваясь в каждую нотку его низкого голоса и реагируя на каждый незначительный жест. Нужно абстрагироваться от эмоций, установив приемлемую дистанцию и соприкасаться исключительно по рабочим вопросам. Всё. Решено. Только дела отеля ‒ никакой личной информации.

Весь оставшийся день занимаюсь рабочими вопросами, перебирая документацию. Не нахожу некоторых соглашений, который сейчас мне необходимы и вспоминаю, что кое-что из бумаг осталось в номере Марка Захаровича на его рабочем столе. Идти туда в отсутствии Кретова не решаюсь, не зная, как он отреагирует на мою вольность, но и просить его не желаю. Видимо, копия договора с Купером тоже в триста первом, а мне необходимо посмотреть дату окончания договорённостей с ним.

Оставляю эти вопросы на завтра, так и не встретившись с Лисом. Наверное, моя помощь и объяснения ему не нужны, и он вполне разберётся со всем сам, что радует в сложившейся ситуации. Уже собираюсь покинуть отель, накинув пальто, как дверь кабинета открывается и передо мной появляется Лис собственной персоной.

‒ Я могу попросить вас задержаться, Лана? В номере отца нашёл документы, назначение которых мне пока непонятно. Поможете?

‒ Да, ‒ покорно соглашаюсь, но мысленно чертыхаюсь, что не ушла на три минуты раньше.

‒ Поднимемся в номер?

И вроде в его предложении нет ничего крамольного, но чувствую я себя, как горничные, которые иногда предлагают состоятельным клиентам «дополнительные услуги».