— Он изменял мне, понимаете, изменял! Он взял на работу нового мальчика, для того чтобы с ним изменять мне! А я догадался, сердце подсказало мне!

— О'кей, — сказал Уолш, потому что говорить больше было нечего, — о'кей. Франц изменял Гансу, а Ганс выследил его с любовником. О'кей. Но почему в президентских апартаментах, черт возьми?!

— Здесь никто не живет, — объяснил вероломный Франц совершенно спокойно. — Здесь нас никто не нашел бы! Я же не знал, что он такой ревнивый, — добавил он почти хвастливо и сложил губы дудочкой и вытянул их, словно собираясь поцеловать безутешного Ганса.

В рядах морских пехотинцев произошло движение и послышался смешок.

— А ключи?! Почему ключи подходят?!

— Мы их перекодировали, — сказал Франц и почесал нос. — Это элементарно. Все равно двери открывает компьютер! Наши ключи теперь открывают все двери в отеле.

— Как ты мог так поступить со мной?! Я любил тебя, я тебе доверял, в прошлом году в Майями я даже не взглянул на того длинноного адвоката, который клеился ко мне! А ты?! Ты растоптал мою любовь! Ты меня предал!

— Флеминг, скажите ему, чтобы он заткнулся.

— Есть, сэр. Заткнись немедленно!

Ганс перестал причитать, но зато начал всхлипывать и вдруг опять кинулся вперед и пнул ногой третьего, который все время хранил молчание.

— Вот тебе, вот тебе, вот тебе! Будешь знать, как уводить чужих любовников!

— Сэр?

— Всех троих под арест.

— В разные помещения, сэр? Во избежание.., оргии?

— Идите к черту, Флеминг!

— Слушаюсь, сэр!

— Грубейшее нарушение инструкций и правил поведения. Кроме того, все служащие, если мне не изменяет память, предупреждены об ответственности в случае нарушений! Завтра ко мне начальника компьютерной службы. Этих первым же рейсом в Вашингтон.

— Вы не имеете права нас уволить! Мы ничего такого не сделали! Эти мужланы военные всегда позволяют себе притеснять нормальных людей!

— Молчать!!! — заорал Уолш. — Флеминг, уберите их! Все комнаты обыскать. Предупредить отдел электронной безопасности о том, что ключи можно легко подделать.

— Мы просто их перекодировали, а не подделали!

— Флеминг!!! — взревел Уолш, и тут кто-то из пехотинцев вдруг захохотал.

Какое-то время он хохотал один, в полной тишине, а потом следом за ним захохотали остальные. И в коридоре захохотали тоже, и майор Флеминг, который долго крепился, не выдержал, загрохотал басом, как из бочки, и незадачливая троица любовников начала подхихикивать, и Дэн Уолш в конце концов засмеялся тоже.

Боевая операция закончилась полным провалом.

Оставив троицу на попечение Флеминга, чтобы хоть немного сохранить лицо перед пехотинцами, и понимая, что на многое годы вперед он станет теперь предметом всевозможных насмешек и шуточек, Дэн убрался с места поимки предполагаемых террористов первым.