И надсадно дышит, словно не в себе.

— Тати!

Вздрогнув, оборачивается.

— Какого хуя ты делаешь?! — задохнувшись, рявкаю на неё.

Хлопает растерянно глазами, словно приходя в себя.

— Ты чё?!..

Подъезжаю к ней, ловя руку. Все в крови.

— Ты что наделала?!

— Я испугалась… — медленно смыкаются и распахиваются ее ресницы.

Просто, блядь… нет слов.

И я, потеряв дар речи, развожу руками… взъерошиваю волосы обескураженно.

— Ну пиздец… Твою мать… — сжимаю переносицу.

Ее взгляд становится обиженным. Физически чувствую как закрывается. Натягивает на себе одеяло, словно почувствовав уязвимость передо мной.

— Разрежь… — смотрит на секатор в моей руке.

Отрицательно качаю головой.

— Дим?.. — настороженным шепотом.

— Нет.

Глава 18 — Каникулы кончились

Татико

Приступ панической атаки отступает.

Вообще моей психикой можно кирпичи ломать. Но иногда она внезапно подламывается, как ноги танцовщицы, которая в угаре танцевала всю ночь. И я со всего размаха лечу лицом об пол. Вот как сейчас… И утираю кровавые сопли.

Рука начинает пульсировать и ужасно болеть.

Откат адреналина вызывает слабость и равнодушие. И это тоже скоро пройдет. Надо просто подышать.

Подтягивая ноги, съеживаюсь, и молча закрываю глаза.

— Тати, поговори со мной, пожалуйста.

Меньше всего сейчас я хочу говорить о чем-то. Внезапно чувствую себя уставшей, больной…

— Тати… Я сейчас принесу аптечку.

— Дай мне секатор.

— Чуть позже. Извини… — тянет руку к моему лицу.

Хмуро отстраняюсь, не позволяя. Ненавижу это… Когда насилие пытаются замазать потом лаской.

Смотрю в его глаза.

Ты точно знаешь этого мужчину, Татико? Столько лет прошло. Твой Митяй из прошлого не посмел бы сделать так. Люди меняются…

— Тати… — подрагивает его лицо.

Переживает.

Нет, Митяй это точно не источник моего пиздеца. Мне неприятно, что он сделал так. Но… Я это переживу.

Он возвращается с аптечкой. Хмурясь, аккуратно обрабатывает мне ссадины мирамистином.

— Давай, я сниму это, а ты никуда не уйдешь, — сосредоточенно протирает мои ссадины. — Я ведь даже извиниться искренне не могу Тати. Не сделай я так, тебя ведь уже бы не было, верно? Поговори со мной…

Срезает кусачками пластик.

Тяну к себе руку.

— Расскажи мне что у тебя происходит.

Встаю, поспешно натягиваю на себя ещё сырые вещи.

— ""Татьяна Сударская"". Погугли.

— Ну зачем ты так?

— Как?

Протирает лицо руками.

— Ладно. Могу искренне. Извини. Извини! Я не прав. Я слишком много на себя взял. Извини. Не уходи.

— Ты не останавливайся, пожалуйста, ладно? — веду пятерней по волосам. — Ты должен встать. Обещаешь? Ты можешь, все у тебя работает.

Вытягивает сигарету, щелкает зажигалкой прикуривая.

— Это мы так прощаемся? — сглатывает он тяжело.

Пожимаю плечами.