Глядя на этот цветок, он пытался понять, почему одни рождаются бедными, а другие влиятельными. Почему одни становятся самураями, хотя к этому не стремились, а для других это неосуществимая мечта. Говорят, цветок дал ему на это ответы.

Мы так близко друг к другу, что слегка даже соприкасаемся пальцами. И оттого мой голос звучит несколько хрипло, когда я интересуюсь:

— Теперь ответы на эти вопросы хотите получить и вы?

Я чувствую, как взгляд мужчины скользить по моему лицу, и тоже смотрю на него, не понимая: то ли бьюсь о холод его серых глаз, то ли медленно умираю, плавясь в этом загадочном серебре.

— Нет, — отвечает мужчина, и мне приходится сосредоточиться, чтобы понять, о чем мы вообще говорили. — Но, возможно, я когда-нибудь получу ответ на свои.

Мы замираем, разделенные недопонимаем и дыханием. Губы пересыхают, невольно облизываю их, и тут же натыкаюсь на лаву, которая начинает бурлить, пугая своей силой и невероятной красотой, от которой убежать невозможно.

Да и зачем бежать, если без этого огня мне трудно, невыносимо, бессмысленно. Жду, когда лава сорвется, когда накроет меня с головой, и даже чуть-чуть ее подстрекаю, когда губы вновь становятся сухими, беспомощными, и…

Телефонный звонок разрывает нити, которые вновь рисуются между мной и мужчиной. Отвечаю на него машинально — привычка, должность, и я ведь еще не ушла на обед, а вдруг это важный звонок…

Не могу разобрать, что пытается мне втолковать какая-то женщина, а когда понимаю…

— Позже, Лен, — отмахиваюсь от старой знакомой. — Я перезвоню и все объясню тебе позже, договорились?

— Кто это был? — спрашивает меня генеральный.

И я, не подумав, отвечаю на автомате:

— Одна из ваших потенциальных невест.

А потом спохватываюсь, осознавая, что именно сказала, в какой момент и кому, но…

Поздно.

Слишком поздно, чтобы исправить.

Лава срывается, и обжигает так, что становится даже чуточку больно от того, насколько она ледяная.

— Прекратите этот фарс с поиском для меня невесты, — чеканит каждое слово мужчина.

— Но, Лев Николаевич…

— О должности начальника отдела продаж можете не беспокоиться, — прерывает он меня, не желая дослушать. — Она будет вашей. И испытательным сроком, естественно.

Мой телефон опять разрывается, и мне не нужно смотреть на экран, чтобы догадаться, что это вновь звонит Лена, которой слишком понравился этот мужчина, чтобы ждать объяснений и вечера.

И это же понимает и генеральный, мазнув взглядом по моему телефону.

— Даже не вздумайте, — говорит он, сжимая мою ладонь, как будто я не просто уже назначаю свидание, а договариваюсь в загсе о росписи. — Забудьте о нашей договоренности. Мне не нужна невеста. А если продолжите…

Моя рука в его хватке, но я и не думаю вырываться.