— Как это зачем? — поражается женщина и оглядывается ко мне за поддержкой. — Дача — это свежий воздух! Можно погулять, побродить, посидеть у камина, можно орехи собрать! И потом, не все же вам в четырех стенах работать! То в офисе, то в квартире — никакого разнообразия! Тем более, в воскресенье!

Генеральный явно хочет что-то сказать по этому поводу, но попросту не успевает, что тоже выглядит очень смешно.

— Ой! — его мама присматривается к печенью, которое я принесла, но забыла поставить на стол. — Домашнее? Дарья Павловна испекла? Можно я немного возьму с собой?

— Домашнее, — усмехнувшись, отвечает мое руководство и кивает на меня. — Испекла Алла Геннадьевна. Так что можешь спросить у нее.

— Я не против, — улыбаюсь, видя такую искреннюю реакцию. — К тому же, я принесла его хозяину дома, так что…

— Хозяин дома… — бормочет женщина, складывая печенье с собой. — Как звучит-то надежно, да? И как-то уютно…

Не смущусь.

Не смущусь — буду держаться!

Отвлекаюсь на кофе, хотя ее слова попадают в самую точку, а радость, с которой женщина пробует печенье и решает взять еще больше, неимоверно мне льстит."

"— Ну все, я пошла! — сообщает гостья, прихватив с собой небольшой подарок. — Пойду порадую твоего папу печеньем и куплю себе что-то белое! Устала от этого черного цвета!

Она останавливается возле сына, дожидается, пока он целует ее в щеку. Потом с довольным видом оборачивается ко мне и с подкупающей искренностью сообщает:

— Второе знакомство мне понравилось куда больше первого. И спасибо за изумительный кофе. Буду рада еще одной встрече.

— Взаимно, — отвечаю с улыбкой, и это действительно так.

— А ты подумай о том, чтобы отправиться за орехами, — строго напутствует генерального мама, а потом поспешно уходит в прихожую.

Пока Лев Николаевич провожает ее до двери, я начинаю снова заваривать чай, потому что прежний остыл. Ну и заодно делаю себе еще одну чашечку капучино.

Слышу, как во входной двери прокручивается замок, слышу шаги, и как-то вдруг остро чувствую, что мы остались одни.

И что он стоит в проеме двери и снова за мной наблюдает.

Отвлекаюсь на напитки, раскладываю остатки печенья, а потом оборачиваюсь и почти обжигаюсь, наткнувшись на задумчивый взгляд мужчины — даже не взгляд, а серое олово, в которое без подготовки больно нырять.

— Думаете о том, чтобы все отменить и сорваться в поход за орехами? — пытаюсь чуть сбить подскочивший градус температуры в квартире.

Только сейчас понимаю, что здесь действительно жарко — мама Льва Николаевича была очень права.

— Успеется, — отмахивается генеральный, присаживаясь за стол, и берет в руки чашку с чаем из трав. — Орех посадили только в прошлом году, так что лет шесть-десять у нас впереди еще есть.

Я неожиданно давлюсь пенкой.