Однажды ночью, возвращаясь из кабака, я натолкнулся на полумертвую девушку, в тот момент и не задумывался, что она может пригодиться, просто пожалел и снял с нее заклинание, а оказалось, для змей спасение жизни — кровный долг. Тогда я отмахнулся от нее, посчитав это глупостью, но когда мне понадобилась помощь, вспомнил о полугадюке, она с радостью согласилась и выполняла все мои поручения. Даже нашего палача покусала, пока я его отвлекал!

— Кстати о нем, ты чем-то пичкал Оршиха, чтобы он не очнулся?

— Нет, это его яд так подкосил. Я наведывался к нему всего три раза — проверял его состояние, и если бы оно заметно улучшилось, тогда да, убил бы. В принципе, мне все равно придется он него избавиться. Палач — не тот демон, которого можно сбросить со счетов, уверен, он будет мстить за свою семью, — вновь подойдя, он тихо добавил, не глядя на меня. — Алан, мне действительно жаль, меньше всего я хотел, чтобы ты пострадал в этой истории, — в его руке заклубилась уже знакомая тьма, судя по всему, разговор окончен.

49

АЛАН.

И в этот момент, со щелчком в моей голове, порвалось последнее заклинание. Улыбнувшись некроманту, я сделал шаг вперед, незамеченные мной оковы со звоном упали на пол. Тьма, радуясь тому, что ее отпустили поиграть, заплескалась лавой в глазах и клубами черного тумана оплела мое тело. Сол в ужасе попятился, бросая в меня фаербол, и прошептал побелевшими губами:

— Как это? Ты не мог их разорвать! — поймав рукой летящий в меня шар, ухмыльнулся.

— Видишь ведь, что смог! Сам же сказал: всесильный демон с нереальной силой, так в чем проблема? — я спокойно наступал на него, загоняя в угол. — При всей тщательности подготовки, ты не учел одну немаловажную деталь: тьма — не дрессированная собачка, а имеющая свое мнение засранка! Ты бы с ней не справился, даже я, со своими практически безграничными способностями, по ее мнению, оказался недостоин ей владеть, и она так и не слилась со мной. Поэтому ты напрасно сбросил со счетов белую магию, — уже занес руку, чтобы его убить, но… вспомнил, что он мамин брат, не желая ее расстраивать, наслал на него парализующее заклятье, отложив разборки до подходящих времен, и взмахнув ладонью, освобождая королеву с целителем, кинулся к отцу.

Магии в нем почти не осталось, ослаб до такой степени, что я не знал, как ему помочь. Тьма бушевала, требуя спасти ее любимчика. Психанув, схватил рубин с груди короля и попытался настроить его работу в другую сторону. Ничего не вышло! «Поглотитель» все еще вытягивал его силу. В ярости бросил рубин на пол.

— Работай, тварь, — голос под конец сорвался и дрогнул. — Ну, давай же, — умоляюще обратился к артефакту.